Однако обидчивые клиентки не должны называть меня Арчи.
– Я вовсе не обидчивая!
– Хорошо, тогда капризная.
– И не капризная. Сами ведь знаете: не обратись я к Ниро Вулфу, Эллен Тензер осталась бы в живых. Это просто ужасно, ужасно! А теперь в полиции пронюхали и про Ниро Вулфа, и про этого малыша. Наверное, мне придется рассказать им всю правду. Поэтому я и попросила вас прийти. Вы должны мне посоветовать, куда идти и к кому обратиться. К самому окружному прокурору, да? И еще я хотела просить вас пойти со мной вместе.
– Нет. Могу я воспользоваться вашим телефоном?
– Ну конечно. А что? Зачем…
– Я хочу сказать мистеру Вулфу, что он отстранен от дальнейшего расследования и может…
– Но я вовсе не сказала, что он отстранен!
Я приподнял брови:
– По-моему, миссис Вэлдон, вы просто не в себе. Мы с вами несколько раз обсуждали и даже репетировали, как вам вести себя в случае внезапного визита полиции. И мы договорились, что будем держаться до последнего. По вашей просьбе я объяснил вам, что такое утаивание улик и воспрепятствование следственным действиям. Мы твердо решили, что если нас припрут к стенке, то мистер Вулф сам примет решение о чистосердечном признании. Теперь, поскольку вы его опередили, я должен позвонить и предупредить его о том, что пора идти в полицию с повинной. Что же касается отстранения его от расследования, то оттого, что вы обзовете это как-нибудь иначе, суть дела не изменится. Хорошо, я позвоню снизу. – Я повернулся, чтобы идти.
– Арчи! – Она стиснула мою руку.
Я обернулся и терпеливо произнес:
– Послушайте, это не игра. И если вы перетрусили, то я не собираюсь отпаивать вас коньяком и растирать вам ноги.
Вместо ответа Люси внезапно обвила мою шею руками и впилась в мои губы пылким поцелуем…
В итоге пятнадцать или двадцать минут спустя мы сидели рядышком на диване и медленно потягивали «Мартини».
– Что за ерунду ты наплел мне насчет смешивания личных отношений с деловыми? Я ведь уже целый месяц веду себя так, а ничего страшного не случилось. Еще в первый раз, когда ты ко мне пришел, я предложила, чтобы мы попробовали «Мартини» друг у друга, и сказала, что толком и флиртовать не умею. Почему ты тогда не поднял меня на смех?
– Отчего же нет? Стоило мне только сказать, что флиртуют и устрицы, как ты обиделась и ушла.
Люси улыбнулась:
– Знаешь, я должна кое в чем признаться.
– Прекрасно. А потом – я.
– Когда я это говорила, то на полном серьезе не собиралась с тобой флиртовать. Представляешь, какой я была дурой!
– Нет, – решительно ответил я. – А впрочем, кто знает…
– Что? – грозно спросила Люси и тут же рассмеялась. – Спасибо за откровенность. Хотя я и сама порой догадывалась, что могла бы быть поумнее.