Автор
В смертельной атмосфере махинаций и убийств, в февральский понедельник, приходящийся на день рождения Линкольна, открывается загадочная история. В гостиной происходит банальное убийство, заставляющее главного сыщика задумываться о таинственных связях и скрытых мотивах....
Но если я пойду на такое за деньги и если это станет достоянием гласности, неужели вы рассчитываете, что я откажусь раскрыть имя того, кто мне заплатил? Или что мистер Гудвин откажется это подтвердить? В знак признательности за сотрудничество судья наверняка проявит милосердие и приговорит нас не к шести годам заключения, а к пяти. Возможно, к четырем.
– Тогда у нас будет слово вас двоих против моего слова, однако человек с моим общественным положением…
– Ба! Если вас спросят, с какой стати вы заплатили мне пятьдесят тысяч долларов, что вы ответите? – Вулф покачал головой.
И тут зазвонил телефон.
– Резиденция Ниро Вулфа. Арчи Гудвин у аппарата.
– Мистер Гудвин, это Салли Блаунт. Мне необходимо поговорить с мистером Вулфом.
– Оставайтесь на линии, ваш звонок очень важен для нас. – Прикрыв рукой трубку, я повернулся к Вулфу. – Звонит та девушка, которая приходила утром насчет своих драгоценностей.
Вулф, недовольный тем, что его прервали, сердито нахмурился:
– Что ей нужно?
– Она хочет вас.
Вулф поджал губы и, смерив телефонный аппарат злобным взглядом, взял трубку.
– Да, мэм? Ниро Вулф у телефона.
– Мистер Вулф, это Салли Блаунт.
– Да.
– Я знаю, вы никогда не выходите из дому, но сейчас вам придется. Вы непременно должны. Вы должны приехать и встретиться с моей мамой. Вы не говорили, что собираетесь сообщить об этом в газету.
– Я принял решение уже после вашего ухода. Ваше имя там не упоминалось.
– Да, я знаю. Но когда мама прочла заметку, то сразу догадалась. Впрочем, ей и не нужно было гадать.
– Нет.
– А следовало бы. Ну, ей все стало известно. Отпираться было бесполезно. Вы должны приехать. Не откладывая в долгий ящик. Прямо сейчас.
– Нет. Привезите ее ко мне завтра утром.
– Это нужно сделать прямо сейчас. Она позвонила Дэну Калмусу. Он может приехать, и вы тоже должны!
– Нет. Об этом не может быть и речи.
