Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Банда 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Алексеевич Пронин Легкое чтение Детективы подборки серии
Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Верно говорю?
— Вон тот автомат работает без жетонов.
Подойдя к железной будке с сорванными дверями и выбитыми стеклами, Забой вынул из кармана клочок газетной бумаги, сверился и набрал номер.
Жестянщик замер рядом, опасливо озираясь по сторонам, чтобы и близко никто не смог подойти и подслушать, о чем пойдет разговор.
— Алло! — сказал Забой, заметно волнуясь. — Кто у телефона?
— Пафнутьев у телефона. Павел Николаевич Пафнутьев.
— Я по поводу трупа...
— Это ко мне! Кто убит, кем, когда, за что?
— Записывайте адрес...
— Улица Новаторов, двадцать девять... Квартира семнадцать... Осадчий его фамилия. Записали? Все.
Забой повесил трубку, хотя на том конце провода некий Пафнутьев пытался еще что-то спросить, явно затягивая разговор. Но Забой знал — нельзя ввязываться в такие беседы, каждая лишняя секунда может оказаться предательской, выдать местонахождение телефона.
Сунув руки в карманы, молча и насупленно бродил Пафнутьев по пустоватой квартире Осадчего и ничего не мог найти интересного для себя, ни за что не мог зацепиться. Квартира была чистая. Пыли, грязи, мусора, кухонных отходов — ничего этого не было. Но, с другой стороны, не было ничего, что создавало бы хоть какой-нибудь уют. Похоже, этот человек, отсидев полтора десятка лет в зонах, тюрьмах и лагерях, сам того не замечая, у себя дома создал такую же обстановку, к которой привык в заключении.
Худолей, казалось, наслаждался той живописной позой, в которой лежал мертвый Петрович. Распахнутая на груди, пробитая пулями пижама, вытянутые ноги, отброшенные в агонии шлепанцы на полу, тяжелые крупные ладони, подогнутые внутрь. Худолей снимал и снимал этого человека с разных расстояний, под разным освещением, причем старался поймать момент, чтобы в кадре оказался и Пафнутьев.
— Что скажешь, Худолей? — спросил тот, устав от мельтешения эксперта перед глазами.
— А что сказать... Свой хлопнул.
— Почему ты так решил?
— Все очень просто, Павел Николаевич... Вы и без меня знаете. Дверь открывал сам хозяин. Учитывая его личность, учитывая обстановку в городе, он мог открыть только близкому человеку, кому доверял. Скорее всего, вместе они были в квартире Суровцевых, вместе творили зло, — сказал Худолей, и в голосе его прозвучало осуждение. — На двери нет следов взлома, отжима, ковыряния отмычками... Да и стаканчики мокрые, не успели еще просохнуть, бутылка опять же открытая... В одной еще плещется это священное зелье, а вторая вообще полная...
— Сколько мокрых стаканов?
— Значит, не один приходил...
— Двое были, поддали... А потом пристрелили старика.
— Зачем? — спросил Пафнутьев.
— Да ну, Павел Николаевич... Я могу вам назвать сотню причин, вы тоже можете назвать не меньше!
— Назови хотя бы парочку.
— Не хотели делиться добычей...
