Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Банда 5»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Виктор Алексеевич Пронин Легкое чтение Детективы подборки серии
Опытный сыщик Пафнутьев оказывается в центре жестокой борьбы с отморозками. Он пытается разобраться в запутанных интригах, когда его окружение и прошлое начинают угрожать его безопасности. Напряжение нарастает вокруг таинственных событий, связанных с Белоруссией.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Даже сюда я пробрался тайком на чужой машине.
— Неприятности? — прямо спросил Пафнутьев.
— И, как я понимаю, крутые?
Пафнутьев внимательнее посмотрел на Сысцова и только сейчас заметил, что у того изменилась и прическа. Если раньше он зачесывал волосы назад, следуя опять же государственной моде, то теперь появился пробор, четкий, ухоженный, а надо лбом чуть нависала если и не челка, то похожая на нее изысканная седая прядь. Присмотревшись к Сысцову, можно было, конечно, понять, увидеть, что нисколько он не помолодел, но стал каким-то более раскованным, дерзким. Впрочем, это было в нем и раньше. Но в его облике появилось нечто вроде авантюрности, и это заметил Пафнутьев.
Молча вошла Вика, набросила на журнальный столик льняную скатерку, новую скатерку, как отметил Пафнутьев, мысленно похвалив Вику за сообразительность. Потом она принесла две рюмки, хорошие, емкие рюмки, маленькие тарелочки, вилки. Поставила посредине стола бутылку водки. «Юрий Долгорукий», — прочитал Пафнутьев и тихонько про себя охнул — дороговатая водка. Вернувшись в очередной раз с кухни, Вика положила на стол уже нарезанную тонкими ломтями белую рыбу, красную рыбу... Сысцовские гостинцы, догадался Пафнутьев.
— О! — воскликнул он. — У нас намечается неплохой вечерок!
— По дороге в ваш гастроном заскочил, — пояснил Сысцов.
— Да, это, кажется, его гастроном. Я слышал, вы друзья... Как он? Жив? Здоров? Отчаянный мужик, насколько я помню.
— Держится, прекрасно держится. Омолаживает штат.
— Это хорошо, — кивнул Сысцов и, открыв бутылку, разлил водку по рюмкам. Хорошо разлил, как заметил Пафнутьев, поровну и почти доверху. Значит, и разговор будет на равных, без старческого лукавства и начальственной спеси. — Будем живы! — сказал Сысцов и, чокнувшись с Пафнутьевым, спокойно выпил до дна.
— Последний раз, помнится, вы грузинским винцом баловались, Иван Иванович? — спросил Пафнутьев, напоминая Сысцову их последнюю встречу, которая могла кончиться по-разному, ох по-разному.
— На красненькое уже здоровья нет. — Сысцов твердо посмотрел на Пафнутьева голубовато-белесыми глазами. — На многое уже здоровья нет, а на это вот осталось немного. — И Сысцов снова разлил водку по рюмкам.
— Будем живы! — повторил Пафнутьев тост Сысцова.
— Дай Бог, — тяжко выдохнул тот, но водку выпил.
Некоторое время оба молчали, отдавая должное роскошной рыбе, на которую расщедрился гость.
— Отличная рыба, — проурчал Пафнутьев. — Неужели такую кто-то ест постоянно?
— Такую рыбу никто не ест постоянно, — холодно заметил Сысцов. — Такую рыбу невозможно есть постоянно. Постоянно можно есть только овсяную кашу, кефир, вареную картошку и хлеб с отрубями.
— И опять согласен, — кивнул Пафнутьев, подхватывая вилкой очередной срез осетрины.
