В маленьком городе Банда в законе – это не просто серия гангстерских схваток, но мрачное зеркало душ людей: от тайны убийства до скрытых страданий. Здесь каждый день приносит свои печали и радости, где даже миллиона денег кажутся ничтожными рядом со страстью к самому происходящему....
Треск автоматных выстрелов гулко взрывался в стремительно наступающих сумерках.
– Береги патроны! – крикнул Вовчик, когда Хабаров, увлекшись, пустил длинную очередь.
– Понял! – Он, выглянув, определил: попал, двое бойцов корчились возле джипа, еще один не шевелился.
Во все стороны летели куски штукатурки: враги закрыли сектор, не давая высунуться или хотя бы определить, откуда ведется огонь. Стрелять приходилось наугад, не глядя, что плохо сказывалось на результатах – магазин пустел, а нападавших будто не убавилось: на месте раненых тут же возникали новые.
– Так… – Вовчик, отряхивая голову, присел рядом. – Я снял двоих, ты троих. Две машины – десять человек. Итого – пять в остатке. Неплохо.
– Уверен, что не больше? Может, одни на машинах, другие, как мы, в засаде ждали. – Стас, высунувшись, коротко полоснул по мелькнувшему врагу, но не попал. – Вроде как не пять там человек…
– Кажется! – уверенно заявил Вовчик. – Они меняют точки обстрела, бегают, потому и выглядит, будто их больше, чем на самом деле.
– Дождаться бы… – Лицо Хабарова царапнуло щепкой, отколовшейся от стены. – Суки! – Он снова коротко пальнул – раздался стон.
Вовчик отошел к своей позиции. Стас мельком глянул на небо – почти темно, но недостаточно для укрытия, даже в лесу. Еще хотя бы минут десять…
– А, твою мать!
– Что? – Хабаров глянул в сторону окон. – Задели?
– Нормально! – Вовчик, морщась, выпрямился. – Царапнуло.
– Смотри…
Внезапно стрельба стихла, тишина казалась непривычной и пугающей.
– Эй, русские! – Тот же голос, что и вначале, только без прежнего гонора. – Не надоело? Выходите – поговорим!
– Иди в жопу, зверь! – Вовчик смеялся. – Не сможем с тобой говорить: ишачьего не знаем!
– Шутник? – Голос задохнулся от ярости. – Давай выходи, будь мужиком! Один на один!
– Ага, знаю я вашу натуру: разорвете очередями, стоит только появиться. Лучше отсюда пулю в твое поганое горло всажу!
Хабаров понял: тянет время.
– Слышь, чурка, – Вовчик завел разговор. – Кто тебя послал-то на смерть? Баха?
– Твое какое дело, пес, кто за твоей шкурой охотится? – Нападавший, судя по всему, бригадир, успокоился. – Все равно убью и башку отрежу, так какая разница?
– Себе отрежь – проще будет, мне не придется пачкаться вонючей жижей, что у тебя там течет… Так кто послал? – Вовчик тяжело дышал.
