В маленьком городе Банда в законе – это не просто серия гангстерских схваток, но мрачное зеркало душ людей: от тайны убийства до скрытых страданий. Здесь каждый день приносит свои печали и радости, где даже миллиона денег кажутся ничтожными рядом со страстью к самому происходящему....
Я прав? – он посмотрел на Хабарова. – Хотя, уверен, ты не скажешь…
Стас согласно кивнул.
– Ну да мне и не интересно. Ваши дела, как ты, наверное, знаешь, уже не актуальны – Трофимова почти что нет… Но кое-что – чем владел Михал Саныч – мне очень даже нужно, и я не понимаю, куда оно делось. Может, ты знаешь?
– И что же?
– Папка: толстенькая такая, обычная, как в советских госучреждениях… – Прохор отслеживал реакцию на слова. – Внутри, помимо бумажек, диски лежат, квитанции банковские… много всякого добра. Не видал?
– Нет, – Хабаров пожал плечами, – почему ты думаешь, что должен был?
– Скорее надеялся, чем думал… – Собеседник недовольно поморщился.
– Что за папка-то, можешь толком сказать? – Стас, конечно, помнил, но решил проверить: Трофимов мог не все рассказать…
Прохор чуть помолчал.
– В ней большая-пребольшая бомба. Трофимов всегда был умнее других – начиная с 90-х он собирал компромат на всех, кто цеплялся, а тогда соглашались на сотрудничество все без исключения – время накопления капитала… Собирал просто так, для страховки, – он никогда не пускал документы в дело, но если бы понадобилось… Многие тогдашние мелкие деляги нынче большие шишки, кто где – в правительстве, милиции, некоторых учреждениях закрытого типа – короче, везде.
– И?.. – Хабаров не понимал, куда он клонит. – Я тут при чем?
– Ни при чем. – Прохор вытащил из кармана пачку «Кента». – Папка эта таинственным образом исчезла: неделю назад была, а теперь нету.
– Думаешь, она у меня?
– Вряд ли. – Он закурил.
– А тебе зачем эта папка? – Хабаров тоже закурил. – Хочешь вступить в гонку за наследством?
– Ого! Осведомлен – вооружен, похвально. Да, именно так. Без этих документов мне даже соваться не стоит – разорвут! – а с ними и воевать не придется: разошлю пару листочков нужным людям, и вопрос решится сам собой.
– Нет. Не думаю, что мое дело и твое могут быть связаны… разные темы.
– Остается только поверить на слово… – он цинично улыбался. – Просто хочу, чтобы ты знал: если найдешь документики, принеси мне – будешь на «Мерседесах» кататься, икорку лопать, девок мять на курортах… Не обижу. – Он встал. – Эта папка бесценна, поэтому получишь… – Прохор задумался.
