В маленьком городе Банда в законе – это не просто серия гангстерских схваток, но мрачное зеркало душ людей: от тайны убийства до скрытых страданий. Здесь каждый день приносит свои печали и радости, где даже миллиона денег кажутся ничтожными рядом со страстью к самому происходящему....
Они прошли по длинному коридору и оказались перед дверью с табличкой «Учительская»:
– Ксюша, два кофе, пожалуйста, – чуть высокомерно попросила Тамара Геннадьевна молодую рыжую девчушку-секретаря. – Вам как сделать?
– С сахаром, если можно. – Стас разглядывал помещение, забитое техникой. – Две ложки.
Рыжая тут же вышла.
– Проходите, – директриса открыла еще одну дверь, – тут нам не помешают.
Кабинет оказался под стать всему зданию: огромное, с квартиру, помещение; большой стол, где в идеальном порядке разложены бумаги, черный кожаный диван, полка с книгами… Над столом улыбается президент, на подоконнике стоит трехцветный флажок: так, чтобы видно.
– Присаживайтесь, Станислав…
– Витальевич. – Он устроился в кресле для посетителей. Случайно или нет, но оказался на одном уровне с директрисой, хотя на две головы выше. – Можно без отчества.
– Хорошо, Станислав. Спрашивайте, что хотели узнать?
– Обрисуйте в общих чертах Олю Трофимову – с кем дружит, чем занимается, что интересует – может, кружки какие…
– Обычно в личную жизнь учеников за территорией школы мы не лезем – это, знаете ли, чревато последствиями… Родители – люди с положением, в их кругу свои условности, так что… Олечка… Ну что сказать – очень умная, начитанная, спокойная девочка, конфликтов с одноклассниками, насколько я знаю, не имела, как, впрочем, и близких друзей не заводила, она… как бы это сказать… ставила себя выше сверстников.
– Это как? – Стас заинтересовался.
– Относилась к ним чуть свысока, впрочем, можно понять – девочка потеряла мать, тяжелейший удар для ребенка, неудивительно, что она чувствовала себя старше остальных.
– Любопытно. И что, ни одного друга?
– Кажется, с Аней Лапшиной они более-менее сошлись, но не уверена… Как уже сказала, личная жизнь вне школы нас не касается. – Тамара Геннадьевна твердо посмотрела на Стаса: – Правила придумала не я.
– А как же внеклассное воспитание, дружеское участие в жизни ребенка, совет, наконец, если понадобится?
– В штате есть психолог, он работает с детьми каждый день… Если приходят.
– А если не приходят? Значит, проблем ни у кого нет? – Стас не понимал. Элитная школа на поверку оказалась худшим воспитателем.
– Молодой человек, – в голосе директрисы прорезался металл, – вы про Олю пришли спросить? Спрашивайте! Оставьте педагогическую программу специалистам!
– Извините, даже в мыслях не было лезть не в свое дело! – Он улыбнулся.
