В безумном мегаполисе Бандит с головокружительными скоростями движется по трассам, где обычные машины кажутся пешком. Колеса машин часто застревают в перепутанных проводах и тросах, но герой на гусеницах преодолевает эти препятствия с необычайной ловкостью и мастерством. Каждое движение — это спасение от критической ситуации....
– Денег или времени?
– Денег, дурак, што ли? Времени у нас как говна, – солидно ответил тот.
– Вот и хорошо. – Я полез во внутренний карман куртки, вытащил оттуда нетолстую пачку денег, сложенную пополам. – Держи для вступления, – дал каждому по пятерке.
– Чё делать надо?
– Расскажи, кто обычно в этом доме шляется.
Белобрысый чуток вопросу удивился, но все же ответил:
– Мы бываем. Еще пара пацанов.
– Фишка, что ли? – И, увидев непонимание в глазах, поправился: – На стреме стоите?
– Да не важно, – вполне по-взрослому ответил мой собеседник, из чего я сделал вывод, что угадал.
– Мне тоже не важно. Ты вот что скажи: по дому много народу шастает?
– Не, – белобрысый мотнул головой. – Тут делать не хрен. Только мы и бываем. А чё надо? – спросил он, понимая, что расспросы не просто так.
– В подвал не лазят?
– Не, тут весь дом пустой, на фига подвал?
Все верно. В таких домах они стены между подъездами пробивают, чтобы смыться можно было при надобности, это я знаю. Да и не цель ни для кого двое малолеток.
– Машину можешь пять минут покараулить? Вернусь и еще по чирику подкину. Как?
– Без базара, – важно сказал белобрысый и пощупал что-то у себя под длинной, испачканной в побелке курткой.
– Ты со стволом, что ли, боец? – насторожился я.
– А чё? Зато машину твою сбережем.
– Ты ствол с холодного вчера взял? – Я чуть пригнулся, стараясь заглянуть ему в глаза.
– Ну и чё?
– Ствол стреляный, палево чистое, ты думай иногда.
– Да, блин, мужик, ты вообще. – Пацан чуть не заржал. – На Гадюжнике всем покласть, а я малолетка. Скажу, что нашел сброшенный, ничё не пришьют. Автомат отдали вчера, а пестики поныкали, все нормально.
– Блин, ты даешь, – вздохнул я. – Ты так прикидывай, что с Муслимки с вопросами могут приехать, понял? А как интересоваться будут, сам понимать должен.
– А я чё, знаю чё? – вполне натурально изобразил удивление белобрысый. – Меня тут вообще не было. А стволы сброшены были аж на Садовой, и чё теперь?
– Ты стрелять хоть умеешь, оратор? Или яйца себе отстрелишь?
– Умею, тут все умеют! – гордо заявил он, но тут я ему совсем не поверил.
– Ствол без умения – он вроде хрена резинового, в жопу тебе сунут, понял? – Я чуть не ткнул ему пальцем в нос.
