В окружении заклятых партнеров и бандитских делишек, Иван Федорович Воловцов находит необычный способ излечения: он становится судебным следователем в небольшой городке, где все процветает в уюте теней. Здесь каждый шаг может быть опасен, а мрачная атмосфера озаряется капельками добра и справедливости. В этом мире нет места для слабых или неуверенных — лишь истинные губернаторы могут обрести долгожданный отпуск....
Похоже, тетушка уже ничуть не сомневалась, что ее соседку и приятельницу Кокошину убили…"
"Иван Федорович поднялся с постели, накинул на себя халат и вышел в «залу». Здесь, на стуле, сидел щегольски одетый господин в модном английском костюме: коротком, едва прикрывающем ягодицы, сюртуке с отложным воротником и пуговицами, который звался на английский манер «пи-джак», и брюках без штрипок. Розовый, с золотой искрой, жилет выглядывал из-под пиджака эдакой яркой полоской, привлекающей внимание, а из нагрудного кармана уголком кверху торчал такого же розового цвета платок (шляпу и плащ этот господин, очевидно, оставил в сенях).
— Добрый день, — поднялся со своего места визитер. — Разрешите представиться: судебный следователь Виталий Викторович Песков, титулярный советник. В настоящее время назначен окружным прокурором его высокородием статским советником Петром Петровичем Ляпуновым расследовать дело гибели домовладелицы мещанки Кокошиной Марьи Степановны.
— Ах, назначены-таки, — усмехнулся Иван Федорович.
— Да, господин прокурор полагает, что в деле Кокошиной не все ясно, — ответил Песков.
— Вы уже опоздали, — придав голосу нотки участия и сожаления, произнес Иван Федорович. — Труп увезли и, возможно, уже вскрыли для выяснения обстоятельств смерти.
— Ну, лучше поздно, чем никогда, не так ли? — улыбнулся Виталий Викторович.
Воловцов слегка наклонил голову и представился:
— Судебный следователь по наиважнейшим делам Департамента уголовных дел Московской Судебной палаты Воловцов Иван Федорович, коллежский советник. В настоящее время нахожусь в трехнедельном отпуске и проживаю у родной тетки по отцу, то бишь в этом доме, — а подумал про себя: «Эва, какие модные судебные следователи ныне в Рязани».
Он попросил извинения, что его придется еще немного подождать, умылся, снова облачился в плисовые штаны, опойковые сапоги и рубаху навыпуск.
— Слышал о вашем последнем деле, господин Воловцов, — уважительно произнес тот.
— О каком? — поднял брови Иван Федорович и похолодел. Неужели здесь уже известно, что он, Воловцов, самолично убил из револьвера подозреваемого преступника при его задержании?!
— Ну, как же, — улыбнулся титулярный советник. — Дело Александра Кара.
