Александр Васильков обгоняет миловидную девушку и случайно задевает ее скрипичный футляр. Не глядя на нее, он сухо извиняется. Она морщится от разочарования, но в следующую секунду осознает какое-то важное для мужчины событие — тот даже не притормозил, убегает. Внутри девушка чувствует таинственную атмосферу внимательности к чему-то необычному в его поведении....
Закончив изучение фотографий, Егоров откинулся на спинку стула и проронил:
— Они и есть. У ворот продовольственной базы сверкала лужа после вчерашнего дождика, помните?
— Ну.
— Так вот по ее краю остался след от покрышки колеса. Он очень уж похож на тот, который я заметил возле заводоуправления.
Около двух недель назад какая-то банда ночью проникла на территорию московской мебельной артели, убила сторожа и вскрыла рабочую кассу в помещении заводоуправления. Дождей тогда, равно как и луж, не было. Зато от продолжительной сухой и безветренной погоды повсюду лежала белесая пыль.
"Горшеня мигом извлек из своего фотоархива снимки двухнедельной давности. Опера расчистили от лишних бумаг центральный стол, разложили фотографии, сравнили их.
— Ну вот! Что я говорил? — сказал Егоров и полез в карман за портсигаром.
— Да, Василий, — уважительно произнес Иван. — Я всегда по-хорошему завидовал твоей зрительной памяти.
Бойко почесал затылок и подтвердил:
— Один и тот же протектор. Вне всяких сомнений.
Старцев продолжал хромать по проходу между столами, но в какой-то момент упал на ближайший стол, согнулся пополам, задрал штанину и начал неистово массировать больную ногу в районе голени и щиколотки.
— Ну, погодите, сволочи! — бубнил он в такт движениям. — Доберемся мы до вас. Самых отпетых к стенке поставим, остальных на лесоповал определим!
Подчиненные заволновались.
— Харитоныч, опять с ногой непорядок?
— Ноет, зараза.
— Может, водкой растереть?
— Растирал уже. Бесполезно, — отмахнулся он. — Где же Костя, а? Почему не появляется, даже не звонит?
— Да рано еще, — сказал Егоров и поглядел на часы. — Он в обед докладывает и ближе к вечеру.
Бойко подлетел к столовке, распахнул дверки стола, достал из загашника початую бутылку водки, плеснул немного в кружку, подал Старцеву.
— Глотни, Харитоныч, обезболивающего.
Иван опрокинул в себя водку, занюхал рукавом, расправил штанину, печально улыбнулся и произнес:
— А ведь доктора обещали, что через год после ранения нога восстановится.
В ночь с 6 на 7 июня 1943 года разведгруппа Василькова выполнила задание штаба дивизии и возвращалась в расположение своих войск. Дивизия держала оборону по линии восточного пригорода Рыльска и нуждалась в свежей информации о составе и численности немецкой группировки, противостоящей ей.
