«Местечка для мастера не найдется?» Если где ему давно место, этому «мастеру», так на кладбище… Проводник слишком долго работал на поездах, чтобы не уметь распознавать людей. Это был волк. Да и пусть друг друга мочат. Воздух чище будет. Его дело — кофеек вскипятить, а там — хоть топись в нем.
Герман закрылся в купе. Для верности не только опустил «флажок», но и примкнул ручку купе к скобе «кандалами». Подождал несколько минут, пока кофе чуть остынет, выпил весь стакан в несколько глотков, приставил емкость к стене и сам прильнул ухом к донышку. Стакан, понятно, не миска, да и поезд трясло, громыхало на стыках… И все же отдельные слова он различал…
— Слушай, Дорохов… Так чего ты не остался? — спросила Лена, когда проводник удалился.
— Где? — не сразу понял я.
— На сверхсрочную. Или — в училище бы пошел…
— Я так и планировал сначала. Но… Мама заболела. Тяжело. Отец написал письмо, просил вернуться… Подумал я… Короче, когда дембель подвалил, уволился, вернулся в Москву. Вообще-то я был уверен, что временно, но сложилось иначе. По приезде — восстановился на факультете…
— …и снова — «номера, конкурсы, концерты»?
— Нет. Во-первых, повзрослел. Стал старше своих сокурсников и по возрасту и по… Теперь называют «ментальностью», а вообще-то это просто ощущение жизни.
Ее непредсказуемости, величайшей ценности и… конечности земного пути. Ну, ты понимаешь…
— Сначала-то я полагал, что задержусь ненадолго, но мама действительно заболела серьезно… Во мне она души не чаяла, я был поздний ребенок, да и отца не хотел оставлять в такой ситуации: он разрывался между работой и домом.
Впрочем, не все было так гладко. Я ведь уходил мальчишкой-шалопаем, а вернулся мужчиной. Отец мой по характеру был крут и суров, ну а я, как выяснилось, — в него…
— А по тебе — не скажешь…
— Характер — это нечто скрытое. Как говаривал кто-то из знаменитых, это как белье: необходимо иметь, но совсем не обязательно демонстрировать.
— Это точно. Демонстративный характер — у психопатов и истериков.
— У них его вообще нет. Просто они демонстрацией защищаются от мира. У каждого — свой способ, все мы в кого-то играем, чтобы охранить свой внутренний мир, свое я, то, что есть в нас хорошего… Каждый надевает ту маску, которая наиболее принята в твоем непосредственном окружении.
— Да? И кого же играешь ты?
— Как все: сильного человека. Девушка задумалась, спросила:
— Дор… А кто действительно скрывается за этой маской?.. Теперь — черед задуматься мне.
— Еще более сильный человек, — отвечаю.
— Излишней скромностью ты не страдаешь…
— Скромность украшает только тех, кто иных достоинств не имеет.
— Вот и я надеюсь. Знаешь, при всей твоей самоуверенности…
— Милая барышня, не путай самоуверенность и уверенность в себе, в своих силах.