«Стремясь к малому — достигнешь великого, стремясь к великому — впадешь в заблуждение», — учил Лао-Цзы. Ну а у нас — так: дураку — везет, умного — Бог ведет.
Деревенька оказалась не такой уж малой и заброшенной, какой казалась ночью. Пока я до нее добрался — рассвело. Постучал в крайний от дороги дом, услышал заливистый лай, звон цепи. Появилась женщина, глянула на меня, будто на оборотня, — «батюшки светы!», перекрестилась.
— А что, хорош бродяга?
— Ты чего, мил человек, али подрался с кем?
— Да пьяный в кювет навернулся. Машина — вдребезги, — вздыхаю. — Умыться у вас можно?
Хозяйка провела меня к рукомойнику… Первая мысль — как она меня вообще впустила! Тем более на короткой цепи у нее — свирепый «кавказец» под мирным именем Мишка; женщина цыкнула на него, он улегся, но продолжал следить за мной умными карими глазами.
Морщась, умылся кое-как… Но лицо — не из приятных. Хозяйка принесла литровую банку молока, чистый бинт, пузырек с каким-то снадобьем:
— Перекись… Дай-ка башку промою… Да и замотать нужно.
— Быстро только кошки родятся. Да и те — черные. Вон у тебя лоскут отодран — не дай Бог, заражение какое, нарвет — что будешь делать?
Быстро и умело женщина промыла раны, наложила бинт:
— Можно и шовчики… А то так приживется, лоскут в акку-рат лег. Я ведь в медпункте сорок лет за фельдшерицу была… Далеко спешил-то?
— В Москву. Скажите…
— Скажите, Мария Ивановна, ни у кого машины здесь не найдется, меня до Москвы подбросить?..
— Да и не близко. Часа четыре езды. Хотя можно спрямить. За три с половиной и доедете.
— Так у кого бы? Я заплачу. Хорошо заплачу.
— Да за деньги — любой повезет, только машин у нас — раз, два, и обчелся.
Да и на ладан дышут. Правда, чуть в сторонке поселок стоит, там люди побогаче…
— Знаешь, ступай к Кольке Селиванову. Он шоферит, машина у него хоть и неказистая с виду, а резвая. Это… Хобби у него такое: по винту ее перебирать да снова строить. С виду — «уазик», а Генка его даже прозвал — Казачок. И чего он внутрь понапихал — один он и знает, а только до Москвы тебя, глядишь, и за тройку часов домчит.
— А где живет тот Селиванов?
— Да через два дома. Пойдем провожу. — Женщина накинула платок, отворила калитку. Протягиваю два полтинника.
— Просто так. Спасибо.
— А тебе — не пригодятся?
Она вздохнула, спрятала деньги:
— Если богатый — чего ж, возьму. А то забыла, когда последний раз их видела. От земли давно живем, а все ж сладкого очень хочется, хоть карамелек каких. Соскучилась по сладкому вовсе. Спасибо.
Колян собрался — только подпоясался. Он закончил очередную перестройку машины, видно, не терпелось испробовать.
Через десять минут мы выбрались на шоссе.