Вон у тебя лоскут отодран — не дай Бог, заражение какое, нарвет — что будешь делать?
Быстро и умело женщина промыла раны, наложила бинт:
— Можно и шовчики… А то так приживется, лоскут в акку-рат лег. Я ведь в медпункте сорок лет за фельдшерицу была… Далеко спешил-то?
— В Москву. Скажите…
— Скажите, Мария Ивановна, ни у кого машины здесь не найдется, меня до Москвы подбросить?..
— Да и не близко. Часа четыре езды. Хотя можно спрямить. За три с половиной и доедете.
— Так у кого бы? Я заплачу. Хорошо заплачу.
— Да за деньги — любой повезет, только машин у нас — раз, два, и обчелся.
Да и на ладан дышут. Правда, чуть в сторонке поселок стоит, там люди побогаче…
— Знаешь, ступай к Кольке Селиванову. Он шоферит, машина у него хоть и неказистая с виду, а резвая. Это… Хобби у него такое: по винту ее перебирать да снова строить. С виду — «уазик», а Генка его даже прозвал — Казачок. И чего он внутрь понапихал — один он и знает, а только до Москвы тебя, глядишь, и за тройку часов домчит.
— А где живет тот Селиванов?
— Да через два дома. Пойдем провожу. — Женщина накинула платок, отворила калитку. Протягиваю два полтинника.
— Просто так. Спасибо.
— А тебе — не пригодятся?
Она вздохнула, спрятала деньги:
— Если богатый — чего ж, возьму. А то забыла, когда последний раз их видела. От земли давно живем, а все ж сладкого очень хочется, хоть карамелек каких. Соскучилась по сладкому вовсе. Спасибо.
Колян собрался — только подпоясался. Он закончил очередную перестройку машины, видно, не терпелось испробовать.
Через десять минут мы выбрались на шоссе. Глянул на спидометр — неказистый коняга легко вышел на сто двадцать да и притопил на такой скорости, как английский королевский фрегат.
— Не боись, — отреагировал на мой взгляд Колька, — не «жигуль», у этого «рама» тяжелая, с дороги не слетит ни на одном повороте…
— Тьфу, — суеверно сплюнул я.
— Да не сглазим — проверено! Я раньше на АЗЛК водителем-испытателем был.
Домчимся! Куда в Москве-то? Я глянул на часы — вполне можем и успеть.
Я закрываю глаза. Мелькание каких-то картинок и — тревога. Острая, как стилет. И еще — будто слышу шепот девчонки:
«Красота — это ведь просто миг, а мы не умеем беречь его… Гармония любви и красоты — такая редкость на этой земле и длится так недолго… А мир не терпит гармонии любви… А если нет любви, то и мир этот теряет смысл…
Я уснул, сам не заметив как.
