– В кладовой есть кувшин с пивом, принести? – с готовностью предложил Джейми, ухвативший лишь самый конец разговора.
– Нет, – возразила я. – Если только себе. Ребенку алкоголь ни к чему.
– А, ясно, а что там за хот-доги?
Он вскочил, намереваясь во что бы то ни стало достать их хоть из-под земли.
– Это такая еда. – Я кусала губы, сдерживая смех. – Не волнуйся, ей сейчас вряд ли до ужина.
У Брианны на лбу вдруг выскочили крупные шарики пота, лицо позеленело.
– Твою ж… – чуть слышно ругнулась она.
Правильно разгадав реплику дочери, Джейми промокнул ей лицо и шею влажным полотенцем.
В ответ она свирепо уставилась на него и процедила сквозь зубы:
– Я не достаю… головой… до коленей!
Брианна медленно выдохнула, потому что схватка наконец-то ослабла. Джейми хмуро свел брови, посмотрел на меня и нерешительно шагнул к двери.
– Наверное, мне лучше уйти…
– Но ведь… Здесь твоя мать, и…
– Не бросай меня! – Брианна судорожно вцепилась ему в руку и затараторила: – Ты сказал, я не умру. Если останешься, все будет хорошо. И я выживу.
У меня от страха вдруг свело живот похлеще родовых схваток.
Она крупная девушка, сильная и здоровая. Проблем быть не должно… Однако я тоже была здорова – и все же двадцать пять лет назад потеряла ребенка и сама чуть не погибла. Я не допущу инфекции и родильной горячки, но буду беспомощна, если вдруг откроется кровотечение. В таком случае я смогу лишь путем кесарева попытаться спасти хотя бы малыша…
В медицинском саквояже зловеще блестели заточенные скальпели.
– Ты обязательно выживешь, Бри, – твердо заявила я и успокаивающим жестом похлопала ее по плечу.
Она, должно быть, разглядела под маской профессионализма мой страх. Изменившись в лице, Брианна схватила меня за руку и сжала так сильно, что кости затрещали.
Открытые глаза смотрели в пустоту, словно вглядываясь в будущее, которое было доступно лишь ей одной.
– Если я умру… – заговорила она, дотрагиваясь до распухшего живота, и замолчала.
Джейми помог ей подняться, и она, уткнувшись лицом ему в плечо, повторила.
– Не бросай меня, па, пожалуйста.
Он обнял ее, беспомощно глядя на меня поверх рыжей макушки.
– Поводи ее по комнате, – предложила я и добавила: – Как лошадь, которая мается животом.
Он глупо моргнул, а Брианна фыркнула. С видом человека, державшего заведенную бомбу, Джейми обнял дочь за талию и повел по спальне. Учитывая его рост и размеры Брианны, казалось, что здесь и впрямь выгуливают лошадь.
– Все хорошо? – тревожно спросил он после первого круга.
– Да. Если что, я скажу, – заверила Брианна.
Стояла середина мая. Я распахнула окна, и в комнату вместе с влажной прохладой реки лились ароматы флоксов и аквилегий.
Дом замер в ожидании, воздух был напоен предвкушением вперемешку с легким страхом.