В темное утро леса, где только что слышно было стук колес, по дороге скакала фигура чёрного коня. Эдит ищет защитников среди своих людей, но внезапно появившийся чужой всадник пугает все воображение. Здесь начинается приключений и опасностей на пути Барана к жемчугу.
В кухне уже колдовала повариха, а кормилица шла из курятника с пустым решетом – она кормила куриц. Выглядела няня неважно, но это и неудивительно – после вчерашних событий.
– Доброе утро, – поздоровалась я. – Где он?
Она без лишних объяснений поняла, про кого речь, и ответила, понизив голос и оглянувшись:
– Спит. Как вы и велели, мы уложили его в гостевой комнате. Мешки с зерном перенесли оттуда в комнату вашего батюшки.
– Всё верно, – я поцеловала её в щёку. – Поеду в город, надо расплатиться с долгами.
– А позавтракать?! – сразу вскинулась кормилица.
– Потом, – ответила я уклончиво. – Лучше сразу разобраться с делами.
На самом деле, я хотела уехать пораньше, чтобы не встречаться со своим гостем. Оставалась надежда, что сэр Мюфла проспится, одумается, и уедет ещё до того, как я вернусь.
Но надеждам не суждено было сбыться, потому что когда на мою лошадь надевали седло, появился он – твердолобый муфлон. То есть сэр Мюфла собственной персоной.
Он был в чёрной шёлковой рубашке, верхние пуговицы которой были расстёгнуты, и, зевая, почёсывал грудь.
– Куда собрались? – спросил он напрямик, без вежливого пожелания доброго утра или благодарности за ночлег.
– В город, – ответила я коротко.
– Платить штраф? – последовал новый вопрос.
– Да, – ответила я, показывая, что не желаю разговаривать.
Но кого интересовало моё желание, если разговаривать хотел сэр Мюфла.
– А за что штраф? – насел он на меня.
"– Штраф за членовредительство, – ответила я спокойно, не глядя на него, а очень внимательно наблюдая, как конюх и его помощник затягивают подпруги. – Я побила человека, меня осудили к штрафу.
– Что?..
Тут я не отказала себе в удовольствии посмотреть на физиономию своего гостя. Он был искренне удивлён и разглядывал меня с недоумением, явно прикидывая, какую мышь я могла победить.
– Вас это не касается, – сказала я, не желая ничего объяснять.
Слуги, возившиеся возле лошади, посматривали на рыцаря с опаской, и затянули подпруги в считанные секунды. Я привязала к луке седла сумку, а потом подняла валявшуюся у колодца дубинку (раньше она была ножкой моего детского креслица) и сунула в сумку.
– А это зачем?! – поразился сэр Мюфла.
– Сейчас столько проходимцев, – ответила я, бросив на него выразительный взгляд, – что честной девушке надо быть готовой ко всему.
