Отношения между братом и сестрой становились все хуже и хуже, буквально с каждым днем.Спустя долгих полчаса, кое-как построившись, неровные колонны студентов двинулись по асфальтированной дороге и, после того как миновали импровизированное КПП, свернули прямо в бескрайнее поле, раскинувшееся на север от московской Академии чародейства и волшебства.Здесь мы встретились с двумя стройными колоннами вооруженных до зубов солдат, которые пристроились к студентам с двух сторон. Смотрелись эти солдаты, конечно, как на параде.
Каждая колонна десять ровных шеренг по пять человек в начищенных доспехах. А чуть в стороне от них шли отдельно несколько легко одетых боевых магов. Сопровождение у нас было серьезное. Хотя я не особо-то и волновался. Не будут же «будущее империи» на убой вести. Насколько понимаю, вряд ли среди нас было много студентов с боевым опытом, как у меня. Я уже практически ветеран, не то что зеленые юнцы.— Почему идем не по дороге? — поинтересовался я у как бы случайно появившейся рядом с нами Светланы.
Она вообще старалась держаться ближе к нашему ряду. К тому, в котором шли мы с Уной, Ирой(которая все-таки убежала к нам от своих воздушников), Белкой и Симоновой, а за нами Вяземский с сестрой, Мин и Автандил. Эльфы шли в последнем ряду, и мне казалось, что я периодически ощущаю на своей спине горящие ненавистью взгляды обиженного Владика. И его союзники–мажоры, кстати, не участвовали в походе. Светлана рассказала, что они могли пойти, но отказались. Правильно, трусы есть трусы!— Смысла нет идти по дороге, — тем временем ответила девушка, — во-первых, там оживленное движение, которое будет нам мешать, во-вторых, напрямую, через поля, мы быстрее доберемся до Пустошей.
Если продолжим идти с такой же скоростью, к вечеру уже будем на их границе. Там переночуем, и с утра уже отправимся на полигон.— А что за офицеры с нами? — поинтересовался я.— Ветераны, — с искренним уважением вздохнула Светлана, — они проводили собрание с преподавателями и персоналом, на котором рассказывали о том, что может нас ждать.
Полигон расположен в разрушенном городе. Когда-то он назывался Дмитров. Сейчас там только развалины. И в них водятся разные твари. Места хорошо изученные, охотники там часто бывают, твари обитают слабые, как раз для вас.— А что за твари-то? — проявила профессиональный интерес Белка.— Ну… мелкая мутировавшая живность. Белки, хомяки, зайцы… их не так много. Если в центр города не заходить, то легко справимся со всеми. Вот в центре сложнее.
