Принцесса Зинтариэль оказывается в Академии вместо запланированного. Недовольство животом и желание одеться, поговорить и поесть добавляют неловкости ситуации. Впереди - таинственная атмосфера Академии и невероятные приключения с новыми друзьями и противниками.
Куда делась «Снежная королева»? На меня виноватым взглядом смотрела смущенная длинноволосая красавица. Ну сама скромность и кротость. Великолепная актриса, мне даже хотелось поаплодировать.
Престиж-класс инкуба однозначно подсказывал, что нифига ей не жаль и извинений от нее ждать не стоит.
— Я надеюсь, вы простите меня, князь, — тихо произнесла она. — Я не должна была оскорблять вас. Приношу свои глубочайшие извинения!
Вот тут я реально подвис, но вывела из ступора моя вечная палочка-выручалочка в лице Уны.
"«Не удивляйся… ее папа с мамой скорей всего накрутили. Мы же с Императором и Императрицей лично разговаривали, да еще так долго! Такие вещи быстро разносятся. Теперь ты желанный гость во всех аристократических домах»
«Точно! А я и не подумал об этом»
Алину и Алексея слова отца и сестры тоже изрядно удивили, однако они сочли за благо больше не вмешиваться в разговор.
— Так что же ответите вы нам князь? — нарушил неловкую тишину старший Вяземский.
— Я принимаю ваши извинения, Сергей Иванович, — церемонный поклон и крепкое рукопожатие прекратили нашу вражду.
— Тогда разрешите откланяться, — тепло улыбнулся мне Вяземский, — еще раз приношу свои извинения, и конечно же хочу сказать, что вы всегда будете желанным гостем в нашем доме! Обязательно приезжайте во Владимир на летних каникулах! А сейчас мы оставим вас, чтобы не мешать своим старческим брюзжанием.
На этой патетической ноте мы с ними раскланялись, и вся троица, вместе со все так же виновато улыбающейся Амалией быстро удалилась.
— Я в шоке! — выпалил Алексей посмотрев на задумчивую сестру.
— И я, брат, и я, — заметила она. — Надо же, как на них подействовала беседа с Императрицей. Но Амалия… вот лиса. Берегись, Саша, — искренне рассмеялась она, — как только ты появишься во Владимире, на тебя откроют настоящую охоту!
— Ничего ей не обломится, — презрительно фыркнул я, — я себе не враг…
— Правильно! — встряла в наш разговор Уна, — давайте лучше выпьем.
И мы выпили!
Прошло спокойных (для разнообразия) полчаса.
Я только плечами пожимал и отдыхал. Хрен с ней, каретой. Концерт и разговоры с кучей аристократов изрядно меня утомили и я все чаще поглядывал на системные часы. Еще немного и гребанный бал, наконец, закончится.
