Принцесса Зинтариэль оказывается в Академии вместо запланированного. Недовольство животом и желание одеться, поговорить и поесть добавляют неловкости ситуации. Впереди - таинственная атмосфера Академии и невероятные приключения с новыми друзьями и противниками.
Кошкодевочка буквально светилась от счастья, ведь аватара Богини Кицуры в награду за победу пообещала ей целую ночь с хозяином и сейчас подбирала «помощницу». Идея мне нравилась, но были кое-какие возражения…
Выразить их я не успел. Попробуйте сказать что-нибудь, когда у вас из груди наполовину торчит стрела с черным оперением…
Глава 21 «Агрессивные переговоры»
— Хозяин! — передо мной выросла трансформирующаяся Мурра с раскинутыми руками. Кажется, из ее рыжей шерсти торчало еще несколько стрел.
События завертелись хаотичным круговоротом.
— У них там воздушник! И три лучника! — Уна бесстрашно поднялась повыше, пока я пытался удержать барьер, а Мин лечила стойко терпевшую боль Мурру.
— Баффай нас! — я поднял Лиру повыше над головой и влил в инструмент побольше энергии. Вот так, сияй! Попробуй попасть в верткие мишени, когда их закрывает миниатюрное солнце! — Мин, маг на тебе! Мурра, займись лучниками! Три, два, один, пошли!
— Да, хозяин! — хором воскликнули мои воительницы. Усиленная «Небесным благословением» Мурра рванула к стене, на ходу взметая комья снега.
Пытаясь отвлечь стрелков от Мурры, я создал огненный шар побольше, потратив сразу треть оставшегося резерва, и швырнул его вслепую. Уна пыталась подсказывать, но из-за ревущего ветра со снегом видимость была практически нулевая. Я только и видел короткие вспышки, да слышал грохот взрыва.
— Эх, почти попал! — фея приземлилась рядом и схватила меня за подмышки.
— Это мы должны им счет выставить! Тоже мне, элитный курорт! — я позволил поднять себя в воздух и отнести к стене."
"К нашему прибытию все было кончено. Снег вокруг тел врагов обильно покраснел — Мин буквально на куски изрубила воздушного мага. Мурра же устроила мощный замес в своей традиционной манере, вскрыв двум лучникам горло, и залив кровью небольшой «пятачок», на котором валялись изуродованные тела.
