Автор
Даниэла изо всех сил пытается найти вдохновение для новой коллекции в условиях постоянных съемок и хамства журналистов. Ее помощница и охранник бьются за неё, но сегодня они просто выиграть не могут. Вспышки камер как мухи жужжат вокруг, отвлекая взгляды и мешающие сосредоточиться на работе....
И Кай жестко втягивает мой сосок в рот: прикусывает его, заставляя меня вскрикивать, и потом лижет ноющую плоть. И я начинаю орать просто от того, что он делает своим ртом. Не всхлипывать, не стонать, а кричать, потому что внутри все сжимается и разжимается, словно гигантские меха, каждый раз вбрасывая мне в легкие порцию наслаждения, которое пробивается до самого горла и вырывается наружу со звуками, которые я впервые слышу сама от себя.
— Кай… черт…
Он только хмыкает и разводит мои ноги, забрасывая одну себе на плечо.
— Бля, такая мокрая, Принцесса…
Я нервно сглатываю, когда он гладит меня двумя пальцами, а потом, глядя мне в глаза, засовывает себе в рот и слизывает, становясь все жестче и все нетерпеливее.
— Трахнуть тебя языком, Принцесса? – дразнит он, снова запуская в меня пальцы.
"Я только мычу и мотаю головой, не уверенная, что это – знак согласия, потому что мышцы перестают слушаться. Поэтому на всякий случай цепляюсь ему в волосы и тяну к себе, и сама тянусь, чтобы заполучить этот грязный мокрый поцелуй, который Кай дарит с влажным развратным звуком. И приподнимаюсь ему навстречу, толкаюсь вперед, прямо под горячий острый язык, который слизывает с меня все до капли. Я трусь об него так сильно, что колючая щетина оставляет на нежной коже царапины, и боль смешивается с удовольствием, пока он сосет меня так грубо, что мир перестает существовать.
Тусклая реальность трескается, и я вместе с ней.
Глава тридцать четвертая: Кай
Даниэла кончает так громко, что вряд ли соображает, с какой силой сжимает мою голову ногами. Я практически глохну, но все равно слышу каждый ее звук, каждый стон и каждую грубость, которую моя Принцесса неожиданно выкрикивает в приступах сладких судорог.
