Автор
Даниэла изо всех сил пытается найти вдохновение для новой коллекции в условиях постоянных съемок и хамства журналистов. Ее помощница и охранник бьются за неё, но сегодня они просто выиграть не могут. Вспышки камер как мухи жужжат вокруг, отвлекая взгляды и мешающие сосредоточиться на работе....
Это словно разорвать сердце и бросить его в крематорий: то, что останется, все равно не будет жизнеспособно. Мама говорила, что нельзя любить слишком сильно, потому что большая жгучая любовь – это лабиринт без выхода, в котором обязательно потеряешься, стоит потерять себя в другом человеке. Но я именно так себя и чувствую – потерянной в моем Кае, исколотой о шипы колючего взгляда и насквозь пропитанной его простуженным голосом.
Прости, мамочка, но только так и стоит любить.
Глава сорок вторая: Даниэла
Мне звонят из больницы на следующий день.
Я успеваю сходить в душ и даже переодеться, когда на экране телефона появляется незнакомый номер.
— Меня это не интересует, - отвечаю я, придерживая телефон ухом, потому что одной рукой пытаюсь закрыть квартиру, а в другой держу сумку.
— Я подумала, что вы захотите знать, - мнется девчушка, явно чувствуя себя не в своей тарелке. – Вы сказали про бесплодие.
Жмурюсь, глотаю это поганое слово, с которым пообещала себе научиться жить. Нет смысла бегать за облаками-лошадками и верить в то, что чудеса случаются. Мой лимит чудес я исчерпала: бог дал Кая и сохранил ему жизнь, мне не нужно большего.
— Вы беременны, - говорит девочка так, будто радуется за близкую родственницу. – Поздравляю.
И телефон с грохотом падает на бетонный пол площадки.
Всего два слова, но они врезаются в мое сердце огромными петардами, которые с грохотом взрываются и оглушают на добрых несколько секунд. Я приседаю, дрожащими руками подбираю телефон, молясь, чтобы он был цел.
