Автор
Даниэла изо всех сил пытается найти вдохновение для новой коллекции в условиях постоянных съемок и хамства журналистов. Ее помощница и охранник бьются за неё, но сегодня они просто выиграть не могут. Вспышки камер как мухи жужжат вокруг, отвлекая взгляды и мешающие сосредоточиться на работе....
Молния хлещет мне в спину, и я невольно вжимаю голову в плечи, быстро в воображении начинаю переодевать «живых манекенов» во что-то по своему вкусу.
— Внутри теплее, - раздается голос справа, над моей головой возникает большой черный зонт.
— Все места заняты, - говорю в ответ.
Взгляд скользит по его руке: ногти обкусаны, но пальцы длинные, а ладонь – крепкая, жилистая. На запястье целая куча разноцветных кожаных ремешков с каменными, медными и серебряными бусинами. Трогаю кулон в виде половинки сердечка, перебираю ремешки.
— Эй, Бархатная принцесса, все в порядке?
Поднимаю взгляд и натыкаюсь на черные глаза. Такие темные, что не разглядеть даже границы радужки. Тяжелая нижняя челюсть покрыта суточной щетиной, черные волосы выглядят так, словно их наспех обкромсали тупыми садовыми ножницами. Но главное губы: выразительные, созданные для улыбки. И родинка над верхней губой.
— Бархатная принцесса? – переспрашиваю я, подавляя желание попробовать стереть темное пятнышко, чтобы развеять его дьявольское обаяние.
— Это ведь бархат, нет? – Он поглаживает лацкан моего пиджака.
— Точно, бархат. – Я совсем разучилась говорить с людьми ни о чем. Чувствую себя неуклюжей старухой, потому что и слепому видно, что парнишка явно младше меня.
— Пойдем. – Он беззаботно, будто мы знакомы сотню лет, берет меня за руку и тянет внутрь. – За столом есть место – моя девушка не пришла.
— Это твои друзья? – Я с ужасом понимаю, что мы идем прямо к шумной компании, и наше появление вызывает молчаливый интерес.
— Ага, - бросает он. – У меня типа День Рождения.
— И у меня, - поддакиваю на автомате.
Мой «спаситель» останавливается, смотрит с прищуром и, стягивая с запястья ремешок, спрашивает:
— Ну и сколько тебе сегодня, принцесса?
— Тридцать. – Господи, это просто ужасно звучит. Тридцать. Половина жизни за плечами.
— С Днем Рождения, малолетка, - издевается он, повязывая на мое запястье только что снятый собственный ремешок с одним единственным кулоном. Это запечатанный чем-то бронзовый винтажный наперсток.
— У меня ничего нет взамен, прости. – Я не ношу браслетов, а кольцо у меня всего одно – фамильное, еще от бабушки.
— Да и по фигу.
Мы подходим к столу, и я замечаю огромный торт в форме черепа с восковыми свечами-цифрами «24»."
"— Кстати, - именинник складывает зонт и тянется, чтобы помочь мне снять насквозь мокрый плащ. – Меня Кай зовут.
Я почему-то не спешу называть свое имя.
