Теплая весна порclyает за кромкой морского берега. Солнце прокалывает яркими лучами через облака, создавая искрящиеся радужные узоры на водной surface. Ножки модели — идеально пропорченные идеальные формы, симметрично переливающиеся на бегущей волнистой подсветке. Каждое движение её тела вызывает поэтическое мерцание зеркального дна, заставляя вглядываться в глубины неизведанности и откровений....
В небольшом неприметном офисе в жилом секторе Лазурного находился центр паутины, откуда можно было дергать за ниточки единой сети. И люди работали там толковые, а главное, преданные отцу. Яна могла даже не вмешиваться в процесс управления, и без нее все шло своим чередом. Да она и особо и не вмешивалась. Организм солидный, прочный, но тонкой организации — одно неосторожное движение, и механизм заклинит. Во всяком случае, Яна всерьез так считала. Палки в колеса не совала, но за процессом следила, вникая в самую суть.
А Серж время от времени наезжал к ней самой.
— У нас проблемы! — с порога деловито сообщил он.
— Рада слышать! А то скучно вдруг стало! — саркастически сказала она.
На самом деле спокойная обстановка вокруг ее бизнеса устраивала Яну на все сто. Механизм работал как часики, Стас обеспечивал охрану и порядок на территории, даже не пытаясь претендовать на ее наследство.
— На тебя в суд подали!
— Ух ты!.. Кто?
— Санаторий «Шишкин лес». Кафе у нас там, на их территории, у самого моря. Арендную плату требуют.
— А разве мы не платим?
— Выходит, что нет…
— И много требуют?
— Дело не в том, дело в прецеденте.
— И не уважают. Ты это хотел сказать?
Яна взяла телефонную трубку, набрала номер Стаса, но тут же передумала ему звонить."
"Стас, конечно, съездит в «Шишкин лес», наедет, поставит на вид, пригрозит. Но будет лучше, если она сама решит этот вопрос. Отбила же она когда-то клуб у Кайманова.
