Но ещё никогда не видел, чтобы жертва с таким удовольствием совершала действия, которые привели к её гибели.
Всё было настолько легко и идеально, что вызывало подозрения.
Фиолетовый прогнал сомнения.
Он подсыпал достаточную дозу яда. Молодой пацан, да ещё со слабым Даром — он был обречён. Целители не успеют, а его никто не заподозрит.
Конечно, его папаша, глава Рода, догадается, что паренёк умер не от пищевого отравления. Но доказательств у него не будет.
Фиолетовый достал свой особый защищённый мобифон и набрал номер заказчика.
— Всё сделано в лучшем виде. Да, съел всё! Пацан мёртв. Можете не сомнева…
Договорить он не сумел.
Двери ресторана распахнулись, и оттуда вышел убитый им пацан. Живой, здоровый и очень злой.
В голове Фиолетового запоздало мелькнула мысль, что пацан ухмыляется как бывалый убийца. В его глазах не было ни капли жалости.
* * *Стоило этому мудаку выйти из ресторана, как я тут же вскочил на ноги. Улыбаясь, поклонился собравшейся вокруг меня толпе.
— Дамы и господа, не извольте волноваться! Со мной всё в порядке. Всего лишь немного закружилась голова. За разбитую тарелку я заплачу!
— Максим, какая тарелка?! — Шаров смотрел на меня как на умалишённого. — Да тебя же отравили! Ты столько яда сожрал, что лошадь можно убить!
— Лошадь — возможно. Но не меня!
— Но… Но… — Впечатлительная Лиза пыталась что-то сказать, но издавала только невнятные звуки.
Я легко чмокнул её в щёчку и пошагал к выходу.
— Нет времени! Объясню всё позже!
На самом деле ничего объяснять я, разумеется, не собирался.
Сложно объяснить этим деткам, что поедание ядов — один из ключевых этапов в подготовке Следопыта. В наших путешествиях мы часто вынуждены обходиться только тем, что можем найти. Часто это бывает чем-то несъедобным."
"Именно поэтому с самого детства мы понемногу съедаем минимально допустимые дозы основных отравляющих веществ. День за днём, год за годом.
Организм привыкает и развивает мощнейший иммунитет. Учитывая, что Следопыты и сами по себе ребята весьма крепкие, отравить нас практически невозможно.
Часть моей сопротивляемости передалась и Максиму. Но я не рисковал и принял дополнительные меры.
Перед тем как наброситься на макароны, я незаметно зажевал пару листиков, которые принёс с собой со второго уровня Бреши. Неслучайно же я собирал эти травы!
На вид — подорожник подорожником. Но на деле — сильнейшее противоядие.
Не безоар, конечно, но тоже ничего.
В том, что всё сработает, я не сомневался. Понюхав пасту, я точно определил тип яда и дозировку.
Моей травки было более чем достаточно.
Дело было за представлением.
Я справился великолепно! Падение, выкаченные глаза, вывалившийся язык…
У этого недотёпы не было и шанса мне не поверить!
Расчёт оказался верным.