Войны больше не было — на их место пришли новые правила. Барон Максим уверенно отменяет каждое законы, привычное для империи, как только они оказывают препятствие его планам. Снова и снова он подрывает статус-кво, заставляя всех задуматься о том, что такое быть бароном, когда уже нет места ни в чем необычному....
И если ему нужна помощь, она сумеет его поддержать…
* * *Сестрёнка всё рассчитала правильно.
Ланцов отследил мой взгляд и поднял голову ровно в тот момент, когда сделать уже ничего было нельзя.
— Твою мать!
Он рванулся в сторону, но я его опередил. Вовремя поставленная у него на пути Ловушка — и Борис Илларионович увяз. Просто застыл на месте, оказавшись на пути летящего ему на голову крейсера.
— Приятного плавания! — Я помахал ему рукой, когда огромный боевой корабль с треском обрушился на Бориса Илларионовича.
Обломки крейсера, остатки такелажа — всё полетело в разные стороны. Кусок палубы разбился о вовремя выставленный мной Щит, не нанеся нам с питомцем вреда.
— Следопыт, этот злой человек мёртв? — Кыш с надеждой посмотрел на меня.
— Если бы! Таких, как он, так легко не убьёшь. Но мы на верном пути!
В своих словах я был уверен. Пульсация силы Бориса Илларионовича никуда не исчезла. Разве что стала немного слабее.
Для обычного мага рухнувший на голову крейсер стал бы приговором.
Чтобы покончить с ним навсегда, требовалось разорвать его связь с Печатью.
Этим я и занялся.
Из пространственного кармана я достал кисточку и краски, добавил в банку несколько капель собственной крови.
Брешь, в которой мы сейчас находились, относилась к огненному классу. Куда ни посмотри, повсюду плескалась раскалённая лава. Кипел готовый к извержению вулкан, а вдалеке нерешительно переминались с ноги на ногу огненные элементали.
— Стойте где стоите! — предупредил я их. — Сунетесь — и я за себя не ручаюсь!
Не уверен, что они понимали человеческий язык. Впрочем, сегодня это и не требовалось. По моему тону всё и так было понятно.
Элементали осторожно, стараясь не привлекать моё внимание, попятились назад.
Мудрое решение.
Из трещин на земле валил горячий пар. Призвав Дар, я скрепил трещины Ловушками. Поверхность стала идеально ровной.
Всё готово для Печати!
— Человек, что ты собираешься делать? — Пушистый выглянул из-за моего плеча.
— Всё верно, мокрый нос. В дневниках её не было. А знаешь почему?
— Почему?
— Потому что Ланцов не успел её придумать! Зато у меня имеются кое-какие идеи…
Ещё готовясь к бою с Борисом Илларионовичем, я посвятил несколько дней изучению его дневников. Теория, совмещённая с практикой, позволили мне неплохо понять принцип работы Печатей.
