Его честность была болезненной, но я её ценила.
Не нужно питать иллюзий.
Однако это всё равно не отвечало на мой вопрос."
"— Вот, — Лорд Ленорос Бэй поставил на скамейку маленький глиняный кувшин с пробкой. — Его Сиятельство желает, чтобы ты и дальше не беременела.
— Это какая-то ловушка? Заберите это!
Настойка, прерывающая беременность, была строжайше запрещена. Если Орден узнает, что она у меня, меня публично выпорют, а потом отправят в Обитель на Скорбном Хребте.
Как он вообще её достал? Кто рискнул приготовить подобное? Рецепт настойки считался давно утерянным.
— Никакой ловушки, — Ленорос пожал плечами. — Береги себя, Талира Керьи. Его Сиятельство помнит о тебе и, после сегодняшнего, наверняка пришлёт кого-нибудь проверить, проснулась ли твоя магия.
Он ушёл, оставив меня в полной растерянности. Я не хотела детей от Кайроса, и эта настойка давала мне шанс на свободу... и развод. Но отец не дал бы её, если бы не имел планов на моё будущее.
То будущее, которое наступит после развода.
Встряхнула головой и направилась к кирпичной мастерской, когда заметила движение вдалеке и замерла.
Сердце забилось быстрее.
Неужели?
Это были два незнакомых извозчика, с телегами товара. И они пересекали Синюю Трясину по нашей новой дороге.
Глава 15. Теоден Дрейгорн
Сто дней спустя
Герцог Теоден Дрейгорн
— Три.
Жалобный крик мужчины после очередного удара хлыста заставил нескольких женщин содрогнуться.
— Два, — его жена, стоявшая рядом, тихо отсчитывала оставшиеся удары.
Было ли это наказание слишком жестоким? Возможно. Но этот человек уже не раз продавал проклятые находки, запрещённые Орденом Первородной Велирии. Это был уже седьмой такой случай, и Теодену пришлось выбрать наказание.
Из Обители на Скорбном Хребте мало кто возвращался нормальным, поэтому герцог назначил ему двадцать пять ударов плетью. Жена торговца считала это наказание варварским и безумным, не понимая, что в глазах Ордена это будет считаться искуплением, он сможет жить той же жизнью, что и до этого, тогда как ссылка в Обитель могла бы закончиться куда печальнее.
— Всё, — мужчина рухнул голыми коленями на шершавые доски помоста, и его жена тут же обняла его, дорожки слёз блестели на её щеках.
Герцог не любил судебные дни. Люди видели в нем чудовище, считая, что он слишком сильно поддерживает Орден. Но суровые наказания предотвращали преступления: насильников и убийц казнили по приказу Ордена, а остальные получали соответствующие степени преступления наказания. И преступность в герцогстве была очень низкой.
— Ты искупил свою вину перед Первородной Велирией. Теперь ты очищен и свободен от греха, да благословит свет её твой новый путь, — мужчина, дрожа от боли, поцеловал серебряную фигурку богини, которую держал представитель Ордена.