— Что это, Тали? Откуда? — спросила Фирруза д’Арлейн, недовольная тем, что я не обращаю на неё внимания. Она догнала меня и схватила за руку.
Я развернулась так резко, что волосы хлестнули по лицу. Но, обернувшись, увидела, что женщина даже не смотрит в мою сторону — её взгляд был устремлён на окно, высокие дома, мощёную площадь, ухоженные кусты и довольных, опрятно одетых людей вокруг.
— Предупреждаю вас в последний раз: если вы ещё раз назовёте меня сокращённым именем, на что у вас никогда не было права, вы покинете Синюю Трясину вслед за Марис. Вы оскорбляете меня, хозяйку этой земли.
Лорд Тиу, осознав, что наш конфликт снова разгорается, подошёл ближе и попытался слегка отгородить меня от свекрови.
— Я — мать твоего мужа и имею право так тебя называть. Мы — семья! Это земли моего сына, — Фирруза д'Арлейн, наконец, повернула голову в мою сторону. Её взгляд метался по моему лицу, она всё ещё не могла поверить, насколько я изменилась.
— Это мой вдовий надел, не земли Кайроса. Что же касается того, что мы — семья… — мне пришла в голову идея. — Тогда, дорогая свекровь, вы явно не будете против, если я стану называть вас Фира?
Казалось, даже лорд Тиу издал ошарашенный вдох, не говоря уже о служанках Фиррузы д’Арлейн.
Лицо моей свекрови покрыли некрасивые пятна гнева и возмущения — столь оскорбительным для неё оказалось моё обращение. В аристократических кругах сокращённые имена символизировали особое расположение и близость.
Воспоминание остро вспыхнуло в сознании: огромный мужчина, сидящий у моей постели, его потемневший взгляд, горячие губы, совсем рядом с моими.
«— Назови меня по имени. Тео.»
Встряхнула головой, отгоняя ургов образ герцога прочь из своих мыслей.
— Как ты смеешь, Тали?! Я — благородного происхождения, баро…
— Как и я! — резко перебила её. — Я баронесса д’Арлейн и признанная дочь графа Керьи.
Женщина дрожала от ярости, как и я, наверное. Её губы беззвучно повторяли слово «баронесса», и меня внезапно осенило, почему она так рьяно стремилась обращаться ко мне по сокращённому имени.
Потому что так общались с простолюдинами. Она никогда не считала меня благородной, ровней себе, баронессой. В её глазах я оставалась бастардом, дикаркой, и таким обращением, вместе с тоном её голоса, она всем это демонстрировала.
— Леди, прошу вас… — снова попытался вмешаться лорд Тиу.
— Вы можете войти на мои земли, миледи, только если дадите мне слово, что будете вести себя так, как подобает благородной даме, соблюдая правила приличия и этикета. В противном случае, думаю, ваш визит придётся отменить.
Задрав голову, я не сводила взгляда с высокой женщины, сузив глаза и не позволяя себе даже моргнуть. Несмотря на шум на площади, мне казалось, что вокруг нас образовался вакуум.