Настоящая барышня, обладающая невероятными силами и знаниями, оказывается внезапно вынуждена пройти через странные испытания в мире настолько загадочном, что она просто не знает, где находится. Семь дней - искать работу в этом непонятном мире предстоит ей с тщательным выбором между чудесами и правилами. Бросьте вызов захватывающему приключению!...
— Это потому, что твой исправник таков, да? Наиграется и бросит, вот увидишь, — вздыхала и отворачивалась.
— Или я сама его брошу, — улыбалась Матильда.
И они могли спорить до бесконечности, правда, после всё равно мирились.
А потом я встретила в суконной лавке ещё одну знакомую.
Я выбирала полотно на блузки — по блузке в месяц, а лучше по две. Раз здесь блузка — это такая обязательная форма одежды, то их нужно много. Магическая чистка давала хорошие результаты, но мне показалось, что ткань от неё ветшает быстрее, чем после стиральной машины и порошков моего дома.
На практику в больницу нужно было одеваться в юбку, но я завела такую, до щиколоток, покороче, и глухой фартук. Матильда, глядя на меня, тоже сшила себе такой. А на полевой практике ко мне уже привыкли — к штанам, курткам, жилетке с карманами и рюкзачку из плотной ткани, чем-то похожей на нашу джинсу.
Так вот, полотно на блузку. На учебную блузку, значит — можно батист, он тонкий и плотный. И тонкое кружево, локтя три — на отделку. Мне упаковали выбранную ткань, я забрала свёрток и сложила в сумку, и уже собралась выходить… и едва не столкнулась с другой покупательницей. Светловолосой, со стрижкой, в стильной шляпке и в брюках.
— Ангелина? — она узнала меня, это было совершенно точно, так что скрываться смысла не было.
— Ой, вы же Ольга, — улыбнулась она.
— Да, вполне.
— Тогда пойдёмте. Мне нужна ткань на бальное платье, но можно не сегодня, — её лицо исказила гримаска. — Не терплю балы, но приходится их посещать.
Мы вышли на улицу, там уже было совершенно тепло — и листочки, и цветочки, благодать.
— Отчего же не терпите? — спросила я уже на улице.
Я была на двух, мне понравилось. На одном меня вдохновлял Соколовский, на втором не оставлял своим вниманием Авенир Афанасьевич.
— А что там делать? Пустое же.
— Как же, а дела решать? Мне кажется, все так делают.
— Да с кем же? Все приличные люди на такие балы не ходят, они у нас в доме не приняты.
Оказалось, Ангелина — из обеспеченного дворянства, и отец её — высокопоставленный чиновник при градоначальнике. И мечтает выдать её, наконец, замуж за достойного человека и избавиться от обузы, которую она собой являет. А почему обуза? Потому что портит его репутацию, связывается с проходимцами и попадает в истории.
