Правда, мы ещё утренний чай не допили, как к нам поскреблись и сообщили, что как раз привезли, и вперёд — идём работать.
А вот прямо совсем новые новости подъехали уже ближе к концу дня. В нашу дверь требовательно постучались, вошли — я как раз завершала допрос ещё одного временного постояльца, с которым, правда, всё было ясно, и никакого криминала, но — это же нужно подтвердить, правда?
Так вот, увидели мы господина Маслова, а за ним толпились неизвестные.
— Добрый день, Иван Дмитриевич, Ольга Дмитриевна, — кивнул Маслов. — Тут к вам важные гости, примете?
— Десять минут спустя, — ответил Брагин, глядя на меня. — Василий, проведи господ в кабинет, чаю там предложи, что ли.
Гости попятились, но один из них задержался. И я ощутила в нём несомненного некроманта.
— Могу ли я понаблюдать? — спросил он в ответ на поднятую бровь Брагина.
Тот молча пожал плечами, и дальше оба они молча смотрели, как я произношу все завершающие ритуальные фразы и отпускаю несчастного, скончавшегося сегодня поутру от того, что на него сверху упали брёвна с телеги на рынке. Родных у него не было, жил где-то и как-то, перебивался случайными заработками, сегодня вот пытался заработать на разгрузке товаров, но не преуспел.
Брагин накрыл тело, мы вымыли руки — полили друг другу по очереди, а потом Иван Дмитриевич обратился к пришельцу:
— Будьте любезны пояснить, кто вы есть и по какому праву решили присутствовать?
— Коллежский советник Елистратов, Иннокентий Ильич, служу в министерстве внутренних дел. Прибыл сегодня порталом из Петербурга, по некоему делу, о котором должен составить мнение и доложить его высокопревосходительству."
"Теперь можно было и рассмотреть его — лет так тридцати пяти, или хорошо сохранившийся, белобрысый, бледный, глаза светлые, брови-ресницы белые почти совсем. О да, многие некроманты выглядели именно так — в Москве так точно. Тощ, нескладен. Но некромант мощный, ощущается опасным серым провалом.
Впрочем, подумалось мне, Соколовский ощущается примерно так же, однако — мне хорош. А этот… нехорош уже просто потому, что связан с тем гадостным доносом.
— Дама-некромант — не самое частое явление, дама — практикующий некромант — тем более, — произнёс он медленно. — Как так вышло?
— Мне кажется, о моих обстоятельствах мы можем побеседовать как-нибудь потом, может быть, — отрезала я. — Имею диплом Московской обще-магической академии, и на основании того диплома — право службы. Служу в губернском магическом управлении. Все документы могу предоставить.
— Понимаю, верю, — Елистратов поднял обе руки. — Как вам будет угодно, давайте пройдём в кабинет и побеседуем. Впрочем, я смотрю, вы неплохо тут живёте — и медицинское освидетельствование, и магическое.
— Как положено, — пожал плечами Брагин.