Рассвет над Тырну-Фошей покрылся золотистыми тенями, когда подразделение Ненашева выстроилось в ущелье. Темное небо застилало мрачный туман, скрывая деревню Пештера. Лес вокруг медленно опускался вглубь, словно шепча тайные откровения под привычным покровом чистоты. Воздух давил и навевал мрачность - это место не лукавило с людьми на пути войны....
В ущелье остались офицеры контрразведки Смерш, молоденький лейтенант Маркин и семнадцать красноармейцев. У Злобина как-то неприятно засосало под ложечкой.
Майор спустился на второй этаж по аварийной лестнице и заспешил в холл. Офицеры ждали его, меланхолично поглядывали на горящий камин. Прислуга испарилась.
– Любуетесь видами, товарищ майор? – поинтересовался Никита Баев.
– Да, они того стоят.
Второй этаж северного крыла уже прочесали люди Маркина. Они ничего там не нашли, но особо и не усердствовали.
Гремели ведра, плескалась вода.
– Нам точно не стать друзьями, – вполголоса пробормотал Куделин.
Вспоминать утренний эпизод майору было неприятно. Погибли русские ребята, улизнул упитанный штурмбаннфюрер. Сохранились следы той бойни: пулевые отверстия в стенах, отбитая штукатурка, мебель, изуродованная осколками гранат. На паркете блестела засохшая кровь.
Анфилада, состоявшая из пяти помещений, начиналась с продолговатого зала. С потолка свисали на цепях кольцевидные люстры. При отсутствии электричества их можно было использовать как подсвечники. На стенах висели картины и гравюры, видимо, не самые ценные. Это были портреты каких-то напыщенных господ, пейзажи, натюрморты, сцены на библейские сюжеты. Вдоль стен стояли тяжелые лавки."
"Офицеры гуськом прошли по всем помещениям анфилады.
Во второй комнате разрушения оказались наибольшими.
Старая Стефания, тяжело дыша, собирала обломки стульев. Губы женщины были скорбно поджаты. Станка подметала пол щеткой с длинной рукояткой. При виде русских она попятилась, сделала жалобное лицо. Стефания повернула голову, и досада отразилась на ее морщинистом лице.
– Прошу простить за вторжение, – учтиво сказал Вадим по-немецки.
– Серьезно? – вполголоса пробормотал Поляков.
– Оставьте нас, прошу вас, – продолжал Злобин. Если вам, конечно, не трудно. – Майор контрразведки был просто воплощением такта и учтивости. – Нам надо поработать в этих помещениях.
