Автор
В башне двенадцати этажей дрожит атмосфера загадки и тайн, когда Вещий Олег княжит. Ночью приходят неизвестные волхвы с резкими увещеваниями о роскоши, заставляя героя задуматься о своих глубоких сложностях и душевных борьбах.
Юлия вздрогнула, кофемолка загудела, зажужжала, иногда поскрипывала, когда под лезвие попадалось целое зерно. Сквозь стеклянную крышку было видно, как по кругу мечется коричневое облако, превращаясь в тончайшую пыль.
Голос Олега, счастливчика, зазвучал спокойно, усыпляюще:
— Власть всегда захватывали разбойники. Во всех странах, во все эпохи. Конунги, ханы, князья, цари, президенты, генсеки. Для того чтобы не грабить наскоком, по-волчьи, а давить соки уверенно, неспешно, придумывая то право первой брачной ночи, то право проезда на красный свет под мигалку…
Она прервала возмущенно:
— То было дикое средневековье! А сейчас, сейчас…
— Сейчас, — сказал он, соглашаясь, — и так все девки и бабы его.
Их взгляды встретились, оба разом улыбнулись. В любой другой стране они бы под хохот клоунов с телеэкрана наполнили по рюмке вина… по-зарубежному, то есть в высокую рюмку пару капель на самое донышко, чего не могут понять в России даже женщины, после чего завалились бы на диван или кровать трахаться, иметься, жариться, блудить, совокупляться, потеть, хариться, безобразничать, иметь стыд…
… но в России не могут не заговорить о политике, о финансовом положении, из-за чего кровь начинает бурлить в сердце и бить волнами в мозг, после чего долго не хочет опускаться к развилке.
Он вышел на пространство бывшей комнаты, там пол другой, с любопытством рассматривал дешевые репродукции на стенах. Юлия вытащила курицу из холодильника, прислушалась к его шагам.
Но этот, этот какой-то особенный…
Из комнаты донесся его мягкий мурлыкающий голос.
