Олег ответил, едва шевеля губами, голову не поднимал:
— Семьдесят тяжелых танков, два десятка бронированных машин для пехоты… Офицерские палатки ближе вон к тому радару… Командует генерал Сонофабич, с ним сейчас полковник Арансон и полковник Факанус… А, черт, чем занимаются, животные…
Мрак ощутил сильнейшую волну отвращения. Шепнул сочувствующе:
— А что делать? Жара, гормоны давят… За римскими легионами гнали стада овец, как писалось в документах, для половых нужд армии, а эти союзники еще практичнее… О чем говорят?
— Погоди, пусть отдышатся. Потные, мерзкие твари… Нет, пить начали… В такую жару! Ладно, черт с ними, ждать некогда. Судя по нервозности, Кропоткин прибыл вчера, устроил разгон. Сегодняшняя бомбардировка — по его приказу. Где именно он сейчас, не скажу, но в лагере. Утром у них приказ выступить, захватить долину. Под предлогом борьбы с террористами быстро уничтожить все живое. Так, чтобы к моменту прибытия журналистов и репортеров уже все было кончено. Правда, в последнее время они все меньше церемонятся с общественным мнением, но когда можно пощеголять с белыми крыльями за спиной, то почему бы нет?
Он уже сидел, бледное лицо было обращено в сторону лагеря. Мрак снова с тревогой подумал, что их могут засечь, ракета ударит сюда меньше чем через две секунды, но Олег, обычно трусливый до свинячьего писка, смотрит лишь с мрачной злостью. Значит, что-то там да отключил или создал какие-то помехи…
Как это Олег делает, да еще на расстоянии, спросить не успел, тот неслышно скользнул вниз, в темноту. Он не объяснял, как они будут действовать, все понятно. Мрак припал к земле, на мгновение слился с темнотой.
Через какой-то миг крупная черная тень бесшумно скользнула по склону в направлении лагеря.
Олег передвигался быстро, не теряя ни доли секунды. Сумка становилась все легче, а когда он поставил последнюю мину, то скользнул в сторону склада, на миг часовой успел увидеть мелькнувшую тень, тут же мир взорвался перед его глазами, а Олег скользнул вовнутрь.
Труп часового бросил сразу же за дверью, глаза жадно шарили по ящикам. Так, вот за ровно уложенными гранатометами идут штабеля взрывчатки. Что-то захватим с собой, остальное заминируем здесь, на месте…"
"Через четверть часа он был уже на другом конце военного лагеря. Эти части быстрого реагирования не такие уж и быстрые, если не заметили, что он оставил на своем пути шестерых со сломанными шеями.
В ночи на той стороне лагеря расцвел оранжевый шар.