В дымчатых сумерках Винтерфелла ушёл последний из домохозяек и приютов, и только ты — Бастард — остаешься. Каждый шаг ведёт к загадочной тени по имени Старокареффель, которая исчезла вместе с её дочерью Линдси. Подсознательно затаившись, ты осваиваёшь мир, где верить можно только в свои собственные глаза и сердце....
Доспехи у гвардейцев тоже иные – не те реквизитные бригантины, что были показаны на экране, а все, как полагается – стеганые поддоспешники, кольчуги, плащи, искусно раскрашенные щиты… Окружение книжное, но персонажи и геральдика сериальные? Очередная загадка, на которую вряд ли найдется ответ.
Сейчас вроде был обед – над внутренней зубчатой стеной прямо по курсу курилось несколько столбцов легкого дымка, а ветер доносил вкусные запахи. Желудок тоскливо заурчал, напоминая о своем существовании.
Бран стрелял из лука у здания арсенала, а Рикон смотрел, сидя в седле на пеньке. Я немного понаблюдал, как Бран раз за разом мажет мимо расчерченной на деревянном щите круглой цели – стрелы то отскакивали от стены, то перелетали ее и исчезали в зеленой листве богорощи. В конце концов, он досадливо топнул ногой и бросил лук на землю. Вспомнилось былое, и я невольно улыбнулся.
Одно время я занимался спортивной стрельбой. Я неплохо стрелял из арбалетов и луков, да и в целом из оружия. В армии по стрелковой подготовке конечно звезд с неба не хватал, но это было скорее из-за лени. Связывать карьеру с государственными силовыми структурами у меня не было никакого желания, и я особо не перенапрягался в попытках получить очередную галочку.
Надо будет озаботиться восстановлением навыков… Если меня не выбросит обратно в скором времени.
Внезапно мозг вновь пронзило иглами, и я стиснул зубы, мыча и потирая виски. На сей раз боль была относительно терпима, и кровь не пошла. На границе сознания заплясали тени, и в разум хлынули ничем не связанные друг с другом фрагменты – запахи и звуки, образы и картинки, которые с каждым мгновением становились чуть ярче, осмысленнее, понятнее, связывались друг с другом в нечто большее, обретая смысл.
Чему уже тут удивляться... Что это может быть, кроме как память Джона? Она быстро ответила на самые основные вопросы: мне семнадцать, и сейчас на дворе двести девяносто восьмой год от завоевания Эйгона.
Джон – отличный мечник, в общем-то. Он грамотен, неплохо управляется с копьем, ездит на лошади, и мечтает о службе в Ночном Дозоре. А еще иногда заглядывается на молодую девицу, служанку по имени Асти, но стесняется к ней подойти.
