Не давая опомниться третьему нападающему, он швырнул согнувшегося пополам противника на его вооруженного приятеля и, моментально развернувшись, пнул последнего из троицы кованым сапогом в ухо.
Голова хлыща дернулась, и он рухнул на пол, закатив глаза. Парочка столкнувшихся друзей не удержалась на ногах и теперь с руганью и стонами пыталась разобраться в собственных конечностях.
Топ-Гар шагнул к противникам и сильным ударом ноги отбросил в сторону оброненный при падении эсток. Взяв за шиворот обнажившего оружие юнца, сотник рывком поставил его на ноги и резким ударом кулака отправил в угол зала. Третий противник уже не представлял опасности.
Трактирщик наклонился к странно затихшему молодцу, получившему сапогом по голове. Быстро проверив дыхание и пульс, он выпрямился и с сожалением покачал головой.
– Кажется, ты перестарался, старина. Он мертв. Черепушка слабенькая оказалась.
– Жаль. Придется убрать и этих. Но, может, оно и к лучшему, – невозмутимо ответил сотник.
– Я здесь по делу, и оно не терпит случайных помех, – продолжил он и, подобрав меч, пронзил сердца оставшихся в живых наглецов прежде, чем трактирщик успел что-то возразить.
– Ночью избавимся от тел, а коней предъявим как залог оплаты их гулянки. Чем больше непонятностей, тем лучше. Городская стража не будет особо усердствовать.
– Согласен. – Усмехнулся трактирщик и, присев на корточки, принялся выворачивать карманы убитых. Быстро обыскав трупы, он снял с тел все украшения и подошел к сотнику.
– Возьмешь что-нибудь? – спросил он, предъявляя солидную кучу денег и украшений.
– Нет. Оставь все себе. За беспокойство. А за молчание я тебе еще доплачу, но только после того, как ты поможешь мне провернуть одно дело.
– Какое?
– Об этом позже. Давай сначала уберем падаль, пока их никто не увидел.
Ветераны утащили тела на задний двор и, уложив на телегу, быстро закидали старой соломой, служившей подстилкой скоту. Запах навоза перебивал запах мертвечины, а солома хорошо впитывала кровь, которой вытекло совсем немного. Гвардейцы умели наносить чистые, мало кровоточащие раны.
Служанки успели замыть странные пятна на полу, а старики выпить по кружке вина, прежде чем в трактире начали собираться гвардейцы. Все они прекрасно знали Топ-Гара и историю его выхода в отставку, поэтому его появление в трактире было очень неожиданно.
Десятнику Топ-Гару не дали дослужить всего четыре месяца до пенсии, спровоцировав его на драку во дворце. В последнее время это стало модным, выгонять ветеранов со службы под каким-нибудь благовидным предлогом, лишив их надежды даже на крохотную пенсию.