– За колдовство в Кортесе сжигают заживо.
– Ну и пусть. Это лучше, чем всю жизнь жить в этой клетке.
– Госпожа, вы, та самая островитянка, что привезли откуда-то с востока?
– Да.
– Неужели вам так плохо в серале? Ведь сатрап давно уже не способен ни на что как мужчина, чего же вам не живется?
– Я живая, здоровая женщина, которая мечтала иметь свой дом, мужа, детей, а вместо этого оказалась заживо похороненной здесь. В степи. Разве это жизнь?
– Не стоит отчаиваться, госпожа. Кто знает, как оно все может обернуться? Все в этой жизни решают боги. Только им подвластна судьба людей. Идите к себе. И не волнуйтесь, Гурхана никто не станет наказывать. Он поступил правильно. Он должен охранять и он охранял. Ступайте. Да и нам с тобой тоже пора на место, дружок, – проговорил старик, доставая из специальной сумки лакомство, кусок вяленого и чуть подсоленного мяса.
– Его зовут Гурхан? – переспросила девушка. Словно в ответ, барс, услышав свое имя, повернулся и потерся о плечо девушки огромной головой."
"– Не могу в это поверить, но глаза не врут. Он признал вас. Странно. Наверное, правду говорят, что каждому на этой земле нужен друг. Что ж, пусть так и будет. Вот, возьмите, – сказал старик, отстегивая от пояса мешочек с лакомством: – Это позволит вам стать немножко ближе. Теперь он будет каждый вечер ждать вас у входа во дворец. Но будьте осторожны, чтобы вас не заметили. Когда выйдете в сад, просто позовите его, и он придет. Остальных барсов не бойтесь, вы сумели подружиться с вожаком. Он не даст вас в обиду.
– Спасибо, но откуда вы все это знаете?
– Я служу звероводом при этих хищниках уже двадцать лет, и каждого из них я сам выкормил из рожка. Только я, мой помощник, да капитан Расул, да благословят светлые боги его душу, можем справиться с этим прайдом.
– Только трое?
– Теперь уже двое. Капитан погиб, спасая своего сына. Этой подлости в гвардии до сих пор не могут забыть.
– Он был таким хорошим командиром?
– Он был лучшим, госпожа. Честный, справедливый, и боец, каких больше нет. Хотя последнее не совсем верно. Его сын превзошел его.
– Тогда почему ваш капитан погиб, спасая сына?
– Это долгая и грустная история, госпожа. Расскажу ее в следующий раз, если будет время.
– Этой ночью. Я приду сюда, и вы расскажете мне ее, – не терпящим возражения тоном заявила Юко.
Вздохнув, старик кивнул головой, молча соглашаясь с ней, и поднялся, взяв барса за ошейник. На этот раз зверь покорно позволил увести себя.
* * *Внимательно выслушав рассказ Топ-Гара, гвардейцы долго молчали, не зная, что ответить старому соратнику. Сама мысль о проникновении в сераль была для них кощунственной. О том, чтобы привлечь к делу кого-то из евнухов, служивших там, не могло быть и речи. Это дело касалось только гвардии.