Такеши подошел к полузатоптанному в драке костру и, раздув головню, поджег один из факелов, в избытке заготовленных бандитами. Выйдя из ущелья, воин поднял факел и несколько раз прикрыл его полой плаща, подавая оговоренный знак. Степь тут же загудела от бешеного топота копыт."
"Ветераны на всем скаку влетели в ущелье, готовые с ходу вступить в схватку, но драться уже было не с кем. Успокоив разгоряченных коней, старики недоуменно оглядывались, пытаясь понять, что произошло, и, только разглядев в темноте разбросанные по дну ущелья трупы, начали мрачно переглядываться.
– Я же говорил, что он специально это придумал, – проговорил один из ветеранов и, спрыгнув с коня, шагнул к Ал-Тору, убирая в ножны палаш.
– Скажите, мастер, долго вы еще собираетесь нас позорить? – спросил он, в упор разглядывая юношу.
– Чем я вас позорю? – растерянно спросил Ал-Тор.
– Своим поведением, – ответил старик.
– Бред. Я не хочу это слушать. – Отмахнулся юноша, пытаясь обойти говорившего, но дорогу ему заступил другой ветеран.
– На этот раз вам придется нас послушать, мастер. Мы долго молчали, понимая, что вам нужно выпустить пыл в драках, но это переходит все границы. Каждый из нас взялся за меч еще во времена, когда вас и на свете не было. Мы солдаты, а не гаремные красотки, и любой из нас бывал на пороге серых земель не по одному разу. Поймите, наконец, что ни один из нас не мечтает умереть в собственной постели, превратившись в слюнявого маразматика. Если уж нам суждено умереть, так только в бою, с оружием в руках. Для нас это значит, что мы еще солдаты и достойны схватки, достойны удара меча.
Ваше дело – грамотно командовать сотней, а не делать за нас нашу работу. Вы первый среди равных, а не один против всех. И если вы действительно считаете нас равными, тогда перестаньте лезть в самое пекло. Сотня – это один единый организм, одно тело, а вы – голова. Отруби голову и тело погибнет. Поймите это, наконец. Ваше дело – думать и грамотно командовать, а не махать мечом. Бесспорно, вы боец, каких поискать, но это не значит, что вы должны делать все сами. Клянусь своей душой, если вы еще раз так опозорите нас, я уйду и уйду не один. Это не только мое мнение. Так думает вся сотня. Выбирайте, либо вы исполняете завет отца и делаете то, что он вам завещал, то есть командуете сотней так, как положено, либо остаетесь один, с грузом клятвопреступника на совести.
– Это угроза? – тихо спросил Ал-Тор, и от его тона на ветеранов дохнуло могильным холодом.
– Нет, мастер. Это не угроза, – выступил вперед Топ-Гар. – Это обида, которую вы нанесли всей сотне. Сделайте так, как мы просим, и все будет, как прежде. Станьте, наконец, командиром сотни, таким, каким был ваш отец.
– Как прежде?.. Нет, сотник. Как прежде уже не будет.