В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
Крепкое ясеневое древко с честью выдержало такое испытание на прочность, упруго спружинив и отбросив зверя в сторону."
"Внешне охотничья рогатина напоминала восточное тяжелое копье, чыду, с единственной разницей в том, что перекладина ниже наконечника ковалась в виде простого прута, не имеющего заточки.
Упавший секач несколько раз дернул копытами и замер. Удар был нанесен точно в сердце. Подойдя к добыче, юноша с усилием выдернул рогатину и внимательно осмотрев древко, весело усмехнулся.
– С добычей, друзья.
Страховавшие его Такеши и десятник облегченно рассмеялись и приготовились освежевать добычу, когда в кустах снова послышался треск и визг.
Известие о сильно расплодившихся животных оказалось правдивым. В первый же день охотники добыли трех зверей. На каждого Ал-Тор тратил только один удар, но и это оказалось слишком сильным испытанием для его рогатины. На третьем звере древко не выдержало, треснув по всей длине. Огорченно повертев в руках испорченное оружие, юноша приказал заканчивать загон и возвращаться в лагерь.
Гвардейцы уже предвкушали роскошный ужин из свежатины, когда рядом с лагерем раздался заполошный топот копыт и на поляну вылетел верховой. Охотники моментально обнажили оружие и приготовились к схватке, но всадник просто свалился с лошади и, встав на колени, закричал в полный голос:
– Хозяин, спасите! Разбойники на деревню напали, людей режут, женщин насилуют. Спасите! Ради всех богов, спасите!
– В какой деревне? Где? – шагнул к гонцу Ал-Тор.
– Да здесь, прямо у леса.
– Сколько их? – задал Такеши самый насущный вопрос.
– Полторы дюжины мечей наберется. Все верхами, за старшего какой-то благородный. Одет роскошно, на шее цепь с гербом, все кричит, я, мол, научу вас благородных людей уважать, вы, мол, при виде меня на колени падать должны и землю целовать, по которой мой конь прошел. По деревне носятся и всех встречных-поперечных пиками колют. Подколем свиней, кричат, и пиками всех без разбора, даже детей.
– Детей!? – переспросил Ал-Тор, свирепея на глазах. Развернувшись к помрачневшим ветеранам, юноша скомандовал:
– Возница и мальчишки сворачивают лагерь и догоняют нас в деревне, остальным разобрать рогатины, седлать коней. Выходим на рысях. Никого не щадить, с главарем я разберусь сам, остальные ваши. Подколем свиней. – Зло, по-волчьи оскалился Ал-Тор и ветераны ответили ему такими же улыбками.
Моментально оседлав коней, отряд рысью понесся следом за проводником.
