В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
– Дурень ты дурень, – рассмеялся казначей, – законы знать надо! Каждые три года земельный и налоговый диваны вместе с казначейской палатой определяют лучшего владетеля в каждом пределе. Здесь, на востоке, владетелей только пятеро, да еще наша сатрапия, будь она не ладна.
Мы начали всерьез обстраиваться шесть лет назад. Примерно в то же время бандиты начали разорять наших соседей. Разбойничали тут, конечно, и раньше, но не так активно. Мы свой удел смогли уберечь, а вот соседи нет.
Если не вдаваться в подробности, то за последние пять лет наш удел был единственным, с которого казна имела постоянный растущий доход.
Ну а последние налоги так просто манна небесная для казначейства. Война на носу, войска готовить надо, а денег, как всегда, не хватает. Из сатрапии налогов только на треть приходит, да и те с опозданием. Соседи уже два года как не проявлялись, а от нас такие подарочки. Ну на последнем диване казначейству и напомнили о древних правилах.
– И все-таки, сколько?
– Что, интересно стало?
– Да ладно тебе, старый гном, говори давай, – подтолкнул сотник казначея локтем в бок.
– В последний раз две с половиной тысячи золотых. – Усмехнулся казначей.
– Сколько! – опешил Топ-Гар.
– Две с половиной, – повторил казначей, откровенно любуясь произведенным эффектом, – именно столько должен выплачивать в казну наш удел в период полного довольства и благоденствия, если есть наделенные землей кметы.
– А как же они в казначействе узнают, есть кметы или нет?
– Ну для этого есть, во-первых, специальные люди, фискалы, а во-вторых, купцы.
– Стучат, сволочи.
– Ага. А им за это торговые льготы. Потому мы в первый год налогов и не платили. Нет кметов – нет и налогов.
– Погоди. Мы же сами землю пахали.
– Верно. Все делалось силами жителей замка. Деревень-то не было. Ну а как появились деревни, так уж будьте добры прислать налоги.
– Да. Но две с половиной тысячи золотых, поверить не могу.
– Лучше поверь.
– Да уж придется, – усмехнулся сотник, – слушай, но ведь это не все, что у нас есть? В казне же что-то осталось?
– Ты за кого меня принимаешь? – возмутился казначей. – Я уже и на следующий год налоги отложил, а чистая казна у нас сейчас восемьсот тысяч с мелочью.
От названной суммы у бедолаги сотника подкосились ноги, и он молча плюхнулся на ступеньку крыльца.
