В ближайшие минуты, прежде чем закатное солнце сменится на звездную черноту, они окажутся в центре беспощадной битвы. В осенней степи скрываются тенистые холмы и жестокий мир бастардов — тех, кто не имеет права быть ни одной расы. Они глядят на бой сквозь прозрачную пелену крови....
Звонким, хорошо поставленным голосом распорядитель представил согнувшегося в раболепном поклоне торговца:
– Мой господин, позволь представить тебе почтенного купца Нияза, одного из лучших караван-баши, известного своей честностью и знанием караванных путей.
Сатрап милостиво кивнул и обратился к купцу, продолжавшему стоять согнувшись:
– Ну, покажи нам, любезный, что ты привез нам на этот раз?
Купец согнулся еще ниже и заискивающе пробормотал:
– Повелитель, скажи, что тебя интересует? Боги были милостивы ко мне, и я привез много всего.
Это тоже была своеобразная игра, без которой не обходился ни один показ. Нияз был купцом, и ему прощалась подобная вольность. Иногда, заинтересовавшись, сатрап приобретал не только рабов, но и камни. Было бы намного хуже, если бы купец попытался что-то не упомянуть. Узнавший об этом сатрап мог запретить торговлю, и тогда ему пришлось бы срочно убираться в пустыню, чтобы не сплясать под перекладиной.
Но на этот раз сатрапа интересовали только невольники. Первыми вывели мужчин. Отобранные специально для такого случая, они стояли в одних набедренных повязках, показывая свое сложение и здоровье.
Внимание сатрапа привлек молодой невольник с прекрасно развитым торсом и длинными ногами. Присмотревшись повнимательнее, сатрап указал на него Расулу.
– Что скажешь? Как тебе этот воин?
– Он бесспорно хорош, господин.
– Как ты его достал? – обратился он к купцу.
– Мне привели его после набега пиратов. Попал в плен, – быстро ответил купец.
– А кого бы ты выбрал, а, Расул? – заинтересованно спросил сатрап.
– Вон того, со шрамом. Опытный воин, явно не раз побывал в переделках, но раз жив, значит, умеет постоять за себя.
– У тебя зоркий глаз, капитан, а годы не смогли притупить твоего острого ума, – поклонился купец.
– И насколько большая? – быстро спросил сатрап.
– Тысячу золотых.
– Это серьезная цена. Что ж, пожалуй, я послушаю твоего совета и возьму обоих, – милостиво кивнул сатрап, делая знак казначею."
"Купленных увели, и настала пора девушек.
