Автор
Прагматичная женщина за тридцать и убежденный холостяк-циник встречаются в городе и неожиданно влюбляются друг в друга. Но их роман сталкивается с препятствиями: разные жизненные взгляды, прошлые обиды и вопрос, готов ли циник измениться ради любви. Смогут ли они преодолеть свои страхи и...
— Мама! — звонкий мальчишеский голос заставил Дениса выпустить из пальцев перчатки и отступить. — Мама, меня сегодня на ворота поставили! И я ни одного мяча не пропустил!
У подъезда ярко горел фонарь, и мальчика было отлично видно. Денис вдруг осознал, что никогда не задумывался, кто являлся отцом ее ребенка. Да и какое Дэну до этого дело? Но сейчас разглядывал с внезапно проснувшимся любопытством. Мальчик очень похож на Олю, практически копия: светлая челка из-под шапки, голубые глаза, тонкие черты лица. И что-то от Геннадия Игоревича прослеживается тоже. Во внешности неизвестный Денису папаша не наследил, если где и оставил свои гены, то в характере. Впрочем, у мальчишек часто отцовские черты начинают прорезаться вместе с гормонами — по Вадькиным отпрыскам это было очень заметно. Так что неизвестно, каким станет этот парнишка лет через пять, можно будет и не узнать.
Зацелованная женщина исчезла, и ей на место пришла мать.
— А где Изольда Васильевна? — Ольга явно автоматическим движением поправила сыну шапку.
— Вон идет, — мальчик махнул рукой в сторону дорожки, наискось пересекавшей соседний двор, и дернул лямку рюкзака. — Просто я тебя увидел и побежал.
Надо уходить, но именно сейчас — неловко. Когда на тебя во все глаза смотрит десятилетний мальчуган. Денис как мог нейтрально улыбнулся и оглянулся в сторону своей машины. Надо, наверное, все-таки уезжать. Прикасаться к чужой семье даже самым краем не стоит. Это нечестно и против правил.
А мальчишка все разглядывал его, как чудо невиданное. А потом перевел вопросительный взгляд на мать. Ольга едва слышно вздохнула.
— Это мой сын, Никита.
Не нарушить правила не получится.
— Я Денис, — он протянул руку, ее пожали — сначала в перчатке, потом, спохватившись, еще раз, уже без. Ладошка горячая, потная и крепкая. — Я оперировал твоего дедушку.
— Ух ты! — у Никиты расширились глаза. — Вы тот дядя-врач, которого все боялись?
— Страшный? — Денис против воли улыбнулся. Забавный у Ольги пацан.
— Да! Потому что операция — это очень ответственно, — мальчик явно повторял чьи-то слова. И тут же пояснил чьи. — Изольда Васильевна так говорила. Она даже валерьянку пила, я видел!
— Никита, нельзя рассказывать всем о секретах немолодой дамы.
Денис обернулся. Вот, значит, кто такая у нас Изольда. Седые кудри, прикрытые шляпкой, и красная помада. В общем, все серьезно.
На его «здравствуйте» Дениса просканировали внимательным взглядом и лишь после кивнули.
