В Фоме Маскауне, известного боксера-крупье, срываются иллюзии о своей несокрушимости. Его мощь и решимость рингу кажутся немыслимыми когда он разочарованно признает ошибку, падая от нокаута. А вокруг проплывает туманная атмосфера сомнений и печали, подчеркивающая невероятность этого переворота в жизни легендарного бойца....
На высоте, там, где обычно тусят гоу-гоу, под лучами стробоскопа танцует богиня.
У нее длинные, до задницы, волнистые волосы, тонкая, гибкая фигура, и двигается она так, что все внутри встает и нихрена не падает. Она – словно не с этой планеты, словно из космоса прилетела, настолько нереальная в своем блестящем коротком платье и таких же блестящих сапогах до середины бедер. На ком-то другом этот наряд выглядел бы шлюховски. На ней – идеально.
Она танцует, двигается медленно, в такт музыке, извивается тонкая фигура, длинные волосы шевелятся, словно водоросли под водой, мягко и завораживающе.
"Во рту сухо, как в пустыне. Взгляд невозможно оторвать от танцующей на подиуме богини.
Неосознанно делаю шаг к ней.
– Олег… Ты понял, да? – голос Фомы практически не слышу, он сквозь вату в ушах доходит, смысл упускается.
Мне не надо ничего понимать. Мне надо к ней.
Чем ближе подхожу, тем яснее вижу, что не одного меня богиня в серебристом платье поразила. Фиксирую со всех сторон оценивающие голодные взгляды.
За каждый готов убивать. Прямо сейчас.
Фома идет следом, чувствуя грядущую задницу и, наверняка, ругая себя за то, что вообще маякнул про Лару. Но он – мой друг, он не мог по-другому. Мы с ним позже сочтемся, а пока что… Пока что надо забрать мою персональную беду отсюда. А то я ведь устрою… Я ведь и так не сильно себя контролирую.
По крайней мере, встречные мужики от меня отлетают, как кегли, Фома только и успевает самых обиженных и желающих разобраться тормозить и успокаивать.
Подхожу к подиуму, смотрю снизу вверх на шикарную свою беду.
Плевать, что я убью каждого, кто к ней лапы протянет. На все ей плевать, безумной моей проблеме.
Она танцует, не осознавая, насколько все херово.
Насколько мне сейчас херово.
Наше положение с ней – очевидно. Его разница, вернее.
Она – высоко, думает о чем-то своем, не от мира сего.
А я – внизу. У ее ног.
От этого одновременно больно и кайфово.
Музыка меняется на более агрессивную, Лара открывает глаза, оглядывается с недоумением, словно не понимая, где она.
С другой стороны подиума кто-то тянет свои лапы, пытаясь поймать ее, что-то орет…
Я быстро перемещаюсь в ту же сторону, легко смещаю крикуна в сторону, и Лара смотрит на меня.
![Обложка книги Злодейский путь!.. [том 9]](/uploads/posts/images/2/zlodeiskii-put-tom-9.jpg)
