В темноте леса бежит одинокая женщина, ее дыхание прерывается от ужаса и усталости. Загадочное исчезновение приближает края разума, заставляя осознать, что бессмертие — это необъятная честь, но и грозная ответственность.
– Еще не знаю, – вздохнула я и снова связалась с Пиграно.
На этот раз мне ответила не прорицательница, а Гарнер.
– Ронер?
– Лер? – удивилась я.
– Рассказывай, что у вас там случилось.
Переглянувшись с ребятами, я ответила:
– Мы все трое стали очень много есть в последнее время.
Инквизитор уточнил:
– Все трое? И насколько много?
– У меня количество потребляемой пищи увеличилось примерно втрое.
Некоторое время Гарнер молчал.
– Плохо, – подвел итог маг.
– Что такое? – занервничал Слава.
– У каждого мага есть переходный период, когда его организм перестраивается.
– Почему же у нас не так? – в отчаянии воскликнула я.
Почему у меня всегда все не как у людей? А ведь жизнь только начала налаживаться!
– На этот вопрос я не могу ответить. Должна быть причина, но сейчас я ее не знаю. Одно ясно – что-то послужило катализатором. Хорошо, что отпуск подходит к концу. Я приеду навестить вас вскоре после начала практики, но ничего нельзя поделать.
Тогда какой толк от его приезда?!
– Что нам делать сейчас? – глухо спросил Дима.
– Ждать возвращения в академию, тут получите инструкции для старшекурсников, что нужно делать в этот период. Но вам придется справляться с этим самим. С практики мне вас не отозвать, но с руководителем я поговорю. До встречи, – попрощался куратор и отключился.
А мы трое, совершенно убитые, сидели и не знали, что делать.
Спустя полчаса после разговора с Гарнером наша тройка расположилась в кабинете короля, где присутствовал и первый наследник.
С королем же я после приема не виделась ни разу. Приняв меня как друга своего рода и убедившись в отсутствии у меня намерений стать его дочерью, он, казалось, потерял ко мне интерес.
Теперь же, восседая за столом, король хмуро взирал на нас троих.
– И что ты такого сделала, если это нарушило у тебя магический обмен и подтолкнуло организм к перестройке? – спросил у меня Велор под неодобрительным взглядом отца.
– Почему ты решил, что это я? – задала встречный вопрос.
– Разве не с тебя все началось? – нахмурился первый наследник.
– Не знаю.
