В темноте леса бежит одинокая женщина, ее дыхание прерывается от ужаса и усталости. Загадочное исчезновение приближает края разума, заставляя осознать, что бессмертие — это необъятная честь, но и грозная ответственность.
Естественно, на этом фоне мы со старшим драконом обменялись любезностями. Велор назвал меня никчемной, я окрестила его спиногрызом. Несмотря на то что слова он не знал, по его глазам я поняла, что донесла до него смысл сказанного в полной мере.
Вот так мы и жили. Время текло вперед, и я даже привыкла к новому ритму, поеданию полупрожаренной пищи, неприятной компании и отсутствию бытовых удобств.
Мы переделали все сельхозработы и удовлетворили все хозяйственные нужды форта. Я уже предвкушала отдых… Вот только у судьбы на меня, видно, имелись другие планы.
Однажды вечером Велор вернулся от старосты недовольный и хмурый.
– Что случилось? – заподозрила я нехорошее.
Ребята тоже насторожились. Общение со мной плохо на них влияло, делало недоверчивыми и меркантильными.
– Давайте дожаривайте хорика и после еды поговорим, – бросил Велор и расположился на одном из лежащих около костра бревен.
Я сжала зубы. Не дракон – мерзавец! Вот как теперь есть? Меня же замучают предположения, и от ожидания гадости весь аппетит пропадет!
Но ничего, у нас с ребятами тоже имелось, чем его порадовать.
Ели мы в молчании. Несмотря на тягостное ожидание, мой теперь уже постоянный голод не позволил испортить ужин.
Слушая потрескивание костра, все некоторое время молчали и смотрели на языки пламени.
У нас уже стало традицией есть на улице у живого огня. На это имелись свои причины. Мужчины, видимо, потакали своей животной сущности. Да и условия как приготовления, так и приема пищи в хижине нас не устраивали совершенно.
В последнее время наша тройка съедала столько, что Велор и рядом не стоял.
Теперь мужчины ходили на охоту втроем и притаскивали массивные туши. Разделав, мы кусками жарили их над костром.
Сколько я стала есть – это просто ужас! Смотря на таз с обглоданными костями, не могла понять, куда во мне все это девается? Создавалось впечатление, что мясо, попадая внутрь, просто моментально сгорает, освобождая место для новых порций. Овощей мы ели мало, фруктов – чуть больше. И если раньше Велор смотрел на нас с недовольством, то теперь я все чаще замечала в глазах дракона тревогу.
Я сама себя пугала. Голод с каждым днем усиливался, а в последнее время он ощущался непрерывно.
Мне сразу вспомнились фильмы про вампиров, которые я видела на Земле. Клыкастых в них постоянно мучила жажда, как в моем случае – потребность в пище. Мне даже стало казаться, что животные в поселении меня боятся. Видимо, взгляд выдавал терзающий меня голод.
