Стоило нам подойти, как из машины вывалилась такая сладкая парочка, какой «Твиксу» и не снилось.
— Матвей, а мы все ждем и ждем, — сказала Светлана, которая была подшофе, но держала себя в руках. — Ой, вот и чертик.
Она даже попыталась потрепать Митька за щеки. Но тот ловко увернулся.
Леопольда Валерьевича хватило лишь на то, чтобы облокотиться на машину и не упасть. Здорово он накидался. В другой ситуации я бы сказал, что сам виноват. Но после «проставы» в Подворье, мне было его искренне жаль. Хотя бы потому, что завтра Валерьевича ждал мир полный боли и страданий.
— Не заходим, как и обещали, — отчиталась Рыкова.
— Хорошо. Будьте здесь, если что — позову.
Во двор мы проникли через калитку, осматривая владения Семеновой Лады. Формально, конечно, ее супруга, но что-то мне подсказывало, что рубежница приложила руку к богатству Валерьевича. Но что определенно — цветочные клумбы разбивала точно она.
А что еще любопытно, едва я доковылял до входной двери, как почувствовал хист нечисти. Причем, довольно ощутимый, превышающий по рубцам мой.
— Напомни, за счет чего они так качаются в промысле?
— Так они же людским счастьем питаются, дяденька. А в этом самый сильный хист. И живут долго, в дела нечисти и рубежников не лезут. Их будто и не замечают вовсе.
— Почти злыдни, но те доводят хозяина до сумы, — согласился я. — А эти соблюдают тонкий баланс. Не перегибают. Странно только…
— Чего странного, хозяин?
— Появилась она здесь уже, когда рубежница померла. Какое ж тут счастье, чем ей питаться?
— Хозяин, думаешь много! — выпрыгнул из портсигара Гриша, потирая кулаки.
Угу, хороший знак. Значит, противостояние будет не особо сложным. Хотя Митька как раз наоборот, напрягся — голову в плечи втянул, сгорбился.
— Так, раздели ивовый веник на три части, — сказал я черту. — Убивать мы ее все равно не собираемся, только прогнать.
А после торжественно вручил каждому несколько прутьев. Главное оружие, которым мы и намеревались отбиваться от нечисти, если что-то пройдет не так. Я же еще перекинул на плечо рыболовную сеть.
Почему именно ее — вот черт знает. В книгах, которые мы проштудировали, говорилось вообще разное. Мол, когда-то эта нечисть жила близ заболоченных мест, отсюда и сеть. Вытащить ее можно было только этим рыболовным снаряжением.
Через несколько страниц мы уже узнали, что селится она исключительно в домах возле людей. Причем, чем семья больше, тем лучше. И хистом последних и питается, всячески помогая чужанам.
