Здесь вносили взносы в казну, платили виру, в общем, занимались всем, что касалось денег. Это мне еще в прошлый раз Саня показал.
Я расстался с пятью монетами, расписался в какой-то ведомости и с чувством выполненного долга отправился в кружало.
В местном кабаке я и встретил почти всех ратников. Саня, Моровой, Шамиль, Аня, рябой Никитка, Николай, да еще много кого. Судя по мрачным лицам и отсутствию выпивки, говорили о чем-то важном.
Я не стал их отвлекать, разве что только рукой махнул. И все остальные, задумываясь, ответили тем же. Кто-то даже улыбнулся. Правда, всего лишь на секунду. Вот что великая сила проставы делает!
Вся беда заключалась в том, что нужный мне человек был среди ратников. И они явно сейчас заняты. Вон, над листком склонились, обсуждают чего-то. Ну да ладно, рубежники же тут не до вечера. Пока делами займусь.
— Василь, доброго дня в хату.
— Да я так. В общем, долг хочу вернуть.
— Это ты молодец. Это ты хорошо зашел.
Хмурый трактирщик неожиданно расцвел. Ну да, много ли надо торговцу для счастья? Сущие копейки. Хотя не прям копейки.
Я достал из рюкзака кошелек и отсчитал семнадцать монет. Василь чуть ли не плясал от радости. Видимо, он мысленно распрощался с деньгами или уже думал, как будет возвращать серебро с незадачливого рубежника нелегальными способами. Интересно, тут тоже есть мордовороты, которые долги выбивают? Я даже надпись в подъезде представил: «Моровой, верни Василю три серебряных монеты!» или «Неблагонадежный рубежник».
Вот правда говорят — берешь ты чужие, а отдаешь свои. Вроде все сделал правильно, теперь ничего никому не должен. Только в душе неприятно заквакала жаба.
— Еще что-нибудь моему любимому клиенту? — продолжал улыбаться трактирщик, даже когда деньги перекочевали в его карман.
— Да, хотел кое-что своим друзьям взять на пробу. Посоветуй что-нибудь?
— А какова цель? — уточнил Василь.
— Что значит какова цель?
— Что ты хочешь от ваших посиделок.
— Ну не знаю, — пожал я плечами. — Посидеть, расслабиться. Только чтобы голова не трещала утром.
Он кивнул, а я запоздало стал понимать.
— Погоди, у тебя что, выпивка настроение меняет?
— Ну, это слишком грубо говорить, — уже возился Василь с каким-то небольшим бочонком. — Но в целом да. Про хист свой не скажу, сам понимаешь. Но он с этим делом связан.
— Не говори, я и сам понял. Чем больше людей выпьет твоей медовухи или пива, тем промыслу лучше, так?
Василь хитро посмотрел на меня, отрицательно помотал головой, однако ничего не добавил.