Вот описательный текст для сайта-библиотеки по вашему запросу: Осень словно прикрывает советские хрущевки своими тенями - временные жилища, которые стали неизменной частью нашего быта. Казалось бы, они выросли из грязи, но гармонируют с осенней серостью. А может быть, красота в глазах недоверяющего на зоне?...
Похоже, «Бедовый 9. Царь царей» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Звонок не работал, поэтому пришлось стучать по накладке замка. Хозяин услышал его не сразу. Даже возникла мысль придавить этого недотепу хистом, однако Тугарин вовремя остановил себя. Кто знает, как промысел повлияет на ритуал? Пусть уж лучше будет как будет.
Наконец его услышали. Щелкнул замок, скрипнули петли, и дверь открылась. В нос ударил запах молока, грязных подгузников, стирального порошка и марганцовки. Трепов оглядел лохматого мужчину, хотя какого мужчину — будто бы еще парня: субтильного, с худым изможденным лицом и легкими синяками под глазами.
Впрочем, ничего не дрогнуло внутри Тугарина. Он знал, для чего пришел сюда. И понимал, что доведет дело до конца.
— Добрый день, — даже не пытаясь говорить тише, сказал Трепов. — Я из надзорного ведомства…
— Тише, Тимоша только заснул, — торопливым шепотом прервал его отец. — Так откуда вы?
— Из надзорного ведомства, — скривился от усмешки Тугарин.
У судьбы всегда было свое, особое чувство юмора. Сегодня оно проявилось в имени этого младенца.
Трепов без всякого дозволения вошел внутрь. Он знал, что важно не то, что именно говорит человек, а каким тоном он это делает. Потому его не очень волновало, существуют ли сейчас надзорные ведомства и как они называются? Главное сделать чуть недовольное и важное лицо, а все прочее — уже дело техники. Многое менялось в людях, но кое-что оставалось неизменным — страх перед сильными мира сего.
— Надо осмотреть, в каких условиях проживает ребенок, — заметил гость.
— Вы из опеки, что ли? — удивился отец. — Мы вроде бы ничего такого…
— Просто формальности, — устало ответил Тугарин, словно весь день тем и занимался, что ходил и тратил время незнакомых людей. — Вы так и будете стоять или закроете дверь?
— Да, конечно. Извините.
Ни один мускул не дрогнул на лице Трепова, хотя ему очень хотелось снисходительно улыбнуться. Он понял, что никаких проблем с этим недотепой не будет.
— Одна комната? Где вы спите?
— Вон там, диван раскладной. Тимоше купили кроватку, но он пока с нами.
Мужчина засуетился, показывая наобум все, что попадалось под руку.
— А где жена?
— Побежала на молочную кухню. У нее проблемы с молоком. Роды были тяжелые, перенервничала. Было обвитие пуповины, но все, слава Богу, обошлось… А вот тут у нас еще пеленальный столик.
— Давайте я подержу Тимофея, — мягко улыбнулся Тугарин и протянул руки.
Трепов знал, что он выглядит располагающе.
