В темном лесу жуткие события начинаются: Даниил выглядывает из окна, старичок тревожно зовет его на помощь. Черноволосый мужчина отдает волю, скидывая плащ и убегая. Женщина предупреждает о серьезных последствиях убийства старухи. В воздухе повисает необъяснимый мрак, пронизывающий все вокруг....
Но и подобным смердам надобно иногда кость бросать. Чтобы понимали, рубежникам служить выгодно и приятно. Всегда есть шанс вырваться из своей обрыдлой жизни.
Бывали еще и захожие люди. Самые скверные, как считал Шеремет. Кому хист буквально на голову свалился. К примеру, случайно рубежник передал или, еще чего доброго, хист сам человека нашел. Подобное вообще редко было. Например, когда рубежник умер, а промысел свой передать не успел. Смерть в таком случае мучительная, жуткая. Такую многие слышат и чувствуют.
Вот потому воевода и мучался вопросом, что же стало с хистом Спешницы? Куда он делся? В былые времена бывало, что промысел после смерти хозяина вовсе из мира уходил.
Снаружи поскребли, а после, без всякого стука, в кабинет зашел Врановой. Нет, имя у чухонца было — Пентти. Только когда его им окликали? Уже и не помнил никто.
— Что скажешь? — сурово спросил Шермет. — Нашел следы какие?
— Ничего, господин, — покачал головой Врановой. — Все следы старуха замела, словно ждала, что искать будут. Только запах. Говном воняло. Однако выйти ни на кого не получилось.
Говорил он с легким акцентом, смешно растягивая слова. Но смеяться воеводе не хотелось.
— А точно замела? Может, и не передавала свой хист никому? — спросил Шермет, хотя сам тому не верил.
— Она ведунья опытная была, хист сильный.
Воевода тяжело вздохнул. Да, как минимум ее квартиру разворотило, если бы не больше. И приказу «по совместной работе с людьми» пришлось бы точно включаться. Чтобы потом в человеческой газете вышла заметка о взорвавшемся газе.
— Передала старуха хист, другого варианта нет. Да и говно.
— Да что ты заладил, говно, говно? Будто слов других не знаешь.
Шермет поморщился. Вообще, общение с Врановым никогда не доставляло ему удовольствия.
Да и слишком они были разные. Шермет здоровый и могучий богатырь, как из русских сказок. Разве что волос темный, да борода росла плохо. Потому на европейский манер приходилось бриться.
