В темных подземельях и таинственных порталах мы бежали вместе с сестрой от преследования мужчины. Я использовала свой дар в защиту, создавая невидимость и призывая магические звуки, чтобы заманить за собой убегающую из пыток деспотическую женщину. Сюда же мы приходили за единомышленниками — ведьмочками, скрывающимися от жестокости в глубинах подземелья....
Почему он так решил, и сам не знал. Но далекое урчание в животе подтвердило его намерение.
Не отводя прищуренного взгляда от ее глаз, сбросил куртку и стал медленно расстегивать рубаху.
***В какой-то момент я поняла, что это конец. Зловещий рок настигал меня. Понимая, что не скроюсь, а невидимый преследователь дышит мне в затылок, я двигалась на полном автомате: бежала, падала, вскакивала. Шарахнула, так и не рассмотрев его, молниями. Затем стремительный бег по склону горы и безумная, яростная обжигающая боль во всем теле, лишающая сил и сознания, нахлынувшая за ней темнота.
И вот я его увидела. Сил пошевелиться и прикрыть свою наготу не было, но каждую черточку этого резко очерченного лица, покрытого драконьей чешуей, я смогла рассмотреть. Что-то неуловимо знакомое было в этих чертах. Но не могла вспомнить. Не было сил. Казалось, жизнь вытекает из моего тела с каждой вспышкой боли, вызываемой ожогами.
Вижу ужас в его взгляде. Ярость. И в какой — то миг его лицо становится каменным и непроницаемым. Взгляд этих черных глаз не отпускает меня, держит на плаву и заставляет дышать. Он проводит руками над моим лицом. С тихим шипением затягиваются ожоги и отступает боль. Он колдует над моим телом, спасая и восстанавливая его.
Зачем? Почему? Я не могу ошибиться, этот мужчина — дракон.
Сил нет, но боль отступает, оставляя после себя онемение и ватную слабость в каждой клеточке.
— Велма.
Он знает мое имя! Наша встреча не случайна! Больно прикусив губу, смогла прикрыть руками свои прелести.
Мой жест не прошел незамеченным.
Сбрасывает куртку.
Бросает рубашку на меня и бросает хлесткое:
— Надень ее.
И отвернулся!
За все придется платить, стучит набатом в моем мозгу.
Но сил на то, чтобы сбежать, нет. Их едва хватает на то, чтобы неловко сесть и дрожащими руками натянуть на себя рубаху. Пальцы не слушаются и не хотят застегивать жемчужные пуговки.
