В темных подземельях и таинственных порталах мы бежали вместе с сестрой от преследования мужчины. Я использовала свой дар в защиту, создавая невидимость и призывая магические звуки, чтобы заманить за собой убегающую из пыток деспотическую женщину. Сюда же мы приходили за единомышленниками — ведьмочками, скрывающимися от жестокости в глубинах подземелья....
Правда, обижаться на своего дракона у меня пока не было причин. Несмотря на тяжелое предчувствие и его сегодняшнее хмурое настроение, он, все же, меня не обижал.
Мадам подала мне аккуратную коробку. Я не удивилась, обнаружив там нижнее белье. Весьма целомудренные трусики и маечка-бюстье пришлись мне как раз в пору. Спрятавшись за воздвигнутую у стены ширму, я одела белье и вышла к замершим в ожидании модисткам. К этому времени два из трех сундуков были уже открыты. И тут модная экзекуция началась. Бесконечные наряды, выдержанные все в бордовых и алых тонах, в основном весьма фривольного вида, мелькали один за другим.
— А что там? — несмело спросила я.
— Ой, милочка, оно вам не надо. Там всякие швейные штучки, иголки и утюжки.
Ну почему же не надо? Все то безобразие, что наглаживалось и развешивалось на вешалки ее помощницами, явно требовало кардинальной переделки. Не собираясь расстраивать эту Сесиль своими мыслями, я сделала ей заманчивое предложение.
— Вы не могли продать мне этот сундучок.
Та несколько раз изумленно моргнула, облизнула в предвкушении губы, а затем сдулась, словно надувной шарик.
— Я Вам его подарю. Надеюсь, господин Олих останется доволен.
— Он будет Вам крайне благодарен, — заверила я ее в то время, как с меня стащили последний наряд.
А сама мысленно смаковала на языке имя, которое только сейчас узнала. Олих. Олих. Странное, конечно, имя. Но пусть это будет его самый страшный недостаток. Хотя, нет. Его чешуя — гораздо более страшное зрелище.
В шатер девушки — помощницы уже втащили тапчан, покрытый мягкой тканью и лохань с ароматной дымившейся водой. Я впервые в жизни почувствовала себя принцессой, которой даже локон с глаз самой откинуть не дают."
"Меня уложили на тот тапчан. Я даже глазом не успела моргнуть, как меня раздели донага, и стали растирать мне каждый пальчик, каждую мышцу. Это было так кстати, так приятно.
