Женщина экономит деньги на жизнь в непростой ситуации, вынужденная тянуть хозяйство одnomяком. Она нагло смотрится на тротуаре, жестокая и голодная. Обескровливает свои сбережения, чтобы иметь минимальное качество продуктов, пока соседи не станут донимать ее обвинениями в том, что она экономит на еде. Женщина вынуждена сама решить, как будет жить дальше....
В обычную школу они не пойдут, мы с Робертом сошлись на решении нанять частных репетиторов, но серьезно учиться начнут в этом месяце.
Хотя дети такие дети — в фантазиях перескочив осенние скучные месяцы, они уже мечтают о зимних праздниках.
— Я не был на катке, — рассказывает Эрик, жирно намекая, какие именно развлечения он хотел бы получить зимой.
Элли тут же подхватывает:
— Я тоже не была. Видела, как катались дети, но у нас с сестрами не было коньков.
— А еще я хочу смастерить санки, — задумчиво тянет Эрик.
Он не из тех детей, кто станет клянчить подарки. Он или намекнет, или возьмется за исполнение мечты самолично.
— А мне позволишь помочь? — Роберт откидывается на стуле и приглаживает усы.
— Да. Если вы поможете с механизмом, отец.
— Я куплю тебе новые санки. При желании сможешь их разобрать и изучить механизм.
Глаза Эрика зажигаются энтузиазмом, а Элли подпирает маленький подбородок ручкой и заявляет, что они с сестрами на санках тоже никогда не катались.
Мда, предвижу, что зимой нас ждут очень активные каникулы.
Уезжаем из Торна мы нагруженные чемоданами, полными покупок. Я довольна поездкой, получившейся очень теплой и по настоящему семейной.
Впрочем, уехать совсем без приключений не получается. В холле гостиницы Роберт встречает знакомого аристократа, некоего лорда Грэхема — юного дракона, изучающего дипломатическое дело в императорской академии Торна.
— Лорд Шарсо, — юноша искренне улыбается и неловко прячет в карман газету, а потом косится на меня.
— Лорд Грэхем, рад вас видеть, — Роберт пожимает протянутую руку.
— Все только и говорят о вашем возвращении и ходят слухи, что вы приглашены на зимний бал в императорском дворце. Буду рад встретить вас там.
Роберт лениво улыбается, но в его глазах мелькает что-то недоброе, что он тут же тушит и отвечает Грэхему в легкой светской манере:
— Мы с женой ведем довольно затворнический образ жизни, так что ничего не могу вам обещать.
На улице я слежу за чемоданами, которые тащит швейцар, и за детьми. Эти негодники так и норовят разбежаться в разные стороны и я тороплюсь посадить их в кэб.
— Буран, запрыгивай! — приказывает Эрик и пес послушно забирается в экипаж.
Между тем Роберт зачем-то отходит к газетным киоскам и вскоре присоединяется к нам с озадаченным лицом. В руках муж держит газету.
— Эти репортеры совсем с ума посходили, — произносит он, когда мы устраиваемся в салоне кэба.
