Приподняла бровь в знак вопроса, а сама подумала, слышал ли он разговор, понял ли что-то. Ответом мне служило лёгкое покачивание головы, даже в кровати мастер умудрялся выглядеть представительно, умудряясь смутить меня.
Он начал говорить, прокашлялся, а затем показал рукой на стул рядом с лежанкой, показывая, чтобы я подсела ближе. И хриплым, слабым голосом попросил:
— Садись и рассказывай, что здесь произошло, пока я был без сознания. И сначала расскажи-ка мне, откуда ты знаешь подобные практики? И ты в курсе, какие могут быть последствия подобных поступков, глупая? А если бы тебя поймали?
Пришлось рассказывать мастеру Роули историю моей семьи и родителей. Не скажу, что я всё рассказала, но мастеру не нужны были лишние знания. Тем более лишнее о семье, о специфике профессии, о тайнах я рассказывать не собиралась никому. Может, самому близкому человеку и расскажу. А пока из близких у меня был только временный жених, которого я раздражала. Правда, в последнее время он явно начал менять мнение обо мне.
Задумалась о моих странных отношениях с Харальдом, пока помогала мастеру удобнее устроиться. Мастер заинтересовался моим обучением и знаниями в древних рунах. И начал выспрашивать. Так мы и перешли к моей однокурснице, тихой и погружённой в себя лэре Дейре.
И как только я обмолвилась о родовом даре лэри, и о её желании изучать древние магические руны, а так же об удивительном таланте к составлению их, мастер вцепился в меня, потребовав:
— Но как ты вообще решилась заняться рунами? Это же высший язык, в том числе древних духов. Как в этом возрасте может быть настолько развита ментальная магия? Рассказывай всё, лэри Эмма. — Я бросила на мастеру укоризненный взгляд и он быстро поправился: — Лисса, конечно. А какая фамилия у лэри Дейры?
Да уж, надо было видеть выражение глаз мастера. Он задохнулся и шепотом переспросил:
— Не может быть… Офиры разрешили одной из дочерей учиться в Академии? Но это же такой подарок для обучающихся, а прежде всего для преподавателей и риуталистов. И как я пропустил эти новости? Напишу хорошему знакомому, он как раз ведёт ритуалистику. Каков хитрец, ни слова, ни намёка! Небось, сам там втихаря менялись с родом Офир редкостными книгами, а для нас, обычных мастеров, все эти радости остались недоступными.
— Ничего вы не узнаете, мастер. Лэри Дейра в Академии была тиха как мышь и абсолютно лишена каких-либо ярких талантов семьи.